Отар Багатурия: “Лир в приюте для престарелых”


Otar Bagauria, 2011, 15.06©Photo by Mikho Mosulishvili, 2011

Отар Багатурия

“Лир в приюте для престарелых”

Пьеса в двух действиях с эпилогом. Действующих лиц – 13

Аннотация

Давно разведенные и покинутые детьмы супруги встречаются в приюте для престарелых. Жена (Додо) – режиссер, муж (Сандро) – в прошлом знаменитый актер, ныне – пьяница, опустившийся  до такой степени, что его квартиру продали за долги.

            Предпологается продажа здания приюта, расположенного на престижном месте и переселение стариков. Старики под руководством Додо в знак протеста ставят спектакль «Король Лир». Обитатели приюта уверены, что спектакль «взорвется как бобма», общество опомнится и все изменится к лучшему. Старики с энтузиазмом взялись за дело, пьяница Сандро тоже воспрянул духом и стал прежним рыцарем, начинаются репетиции… Но все тщетно…

Отар Багатурия 

«Лир в приюте для престарелых»

 

Пьеса в двух действиях с эпилогом

Действующие лица:

 

Додо                             –        бывшая жена Сандро

Сандро               –        бывший муж

 

Торнике,           –        их сыновья

Лаша

Престарелые постояльцы приюта:

Анико                         

Русико

Кети

Гоги

Како

Ванико

Аркадий

Шако                           директор приюта       

 

Клара                          Хозяйка приюта, кухарка, видимо любовница Шако              

 

Действие первое

 

На сцене спальная комната одинокой женщины. Извиняемся, что заглянули сюда, но ничего; в этой спальне уже давно ничего «такого» не случалось. Женщина, по внешности которой нельзя определить возраст, стоит в ночной рубашке, ей может 63 года, а может 47. Женщина не может решить – звонить куда-либо, прочесть книгу, идти спать или же повеситься.  О последнем она почти серьезно думает, держит в руке веревку, делает узел, потом на время откладывает её, берет книгу, поверхностно перелистывает, бросает в сторону. Берет телефонную трубку, набирает номер, и не дожидаясь ответа, кладет трубку. Возвращается обратно к веревке, надевает узел на голову, всматривается в зеркало, задирает веревку наверх, вываливает язык, глаза навыкате… нет, не нравится она себе… Зажигает сигарету. Звонит телефон, Додо – так зовут эту женщину – берет трубку.

Додо – Слушаю!… да это я… ничего, а что делать (обводит глазом комнату, ищет какой-нибудь крючок, на чем можно веревку повесить). Который час? Правда? Мои остановились… не знаю, не спится.. а ты почему не спишь? Я тоже. Сандро? (в интонации она скрывает свой интерес, а лицо выдает) Где встретил? И? Заговорил? А про меня спрашивал?… (ей приятно) Какой-же наглец! Состарился? Нет? Да он всегда был симпатичным!… Не хочу о Сандро говорить! (опять смотрит в зеркало, оценивает как будет выглядеть повешенной, точно – не нравится!) Нет! Он на это не осмелится… хорошо, прекрати о нем говорить… замолчи на минуту!… (Напряженно прислушивается к чему-то), ничего, вода капает в ванной… я схожу с ума. Что в театре? Метет новая метла? Тебя же не выгонит? Еще нет? Я что? Не он же меня выгнал, я сама ушла! Нет, дождалась бы когда выгонит… Мальчишки? Как нет, навещают… (осматривает пустую комнату), они и сейчас здесь (подбирает фотографии со стола), привет передают (обращается к фотографиям), тетя Тако о вас спрашивает. Что? Где? Что ты говоришь, что мне делать в приюте для престарелых? С ума сошла (смеется), что ты? Да на минуту представлю?… с ума сойду, знаю, знаю, что условия нормальные, но… что ты подруга? Чего пристала?!… Исключено!… Какой спектакль? Какой «Король Лир»?… (смеется)…, ну ты даешь? В приюте  для престарелых «Короля Лира» ставить (смеется), да кому он нужен… да, конечно актуально, Шекспир как никак. Хотела конечно, в театре хотела, не в приюте же? Хорошо ну, не своди меня с ума! Ну, пока дорогая, молодчина, что позвонила, заходи как-нибудь. Прощай. До свидания (оставшись одна, Додо вернулась к веревке, надела узел, глядит в зеркало, решила поправить макияж). В приюте? Какое сумасшествие – я в приюте для престарелых (закончила приводить себя в порядок, довольная своей внешностью, как бы и веревка к лицу. Написала короткое письмо… взобралась на стул… вдруг гром грохнул, в комнату ворвался ветер, развеял бумаги, вероятно, окно открылось и… слышится голос ребенка. Ребенек не виден, а голос доносится с разных сторон, иногда как бы кто-то рядом приседает к Додо и гладит ее по голове).

Голос ребенка – Зачем ты хочешь покончить с собой?

Додо – Кто ты?

Голос ребенка – Хочешь  в ад попасть?

Додо – Нет.

Голос ребенка – За что ты убивала себя? Не нравится здесь?

Додо – Тебе нравится?

Голос ребенка – С высока красивее!

Додо – С высока?

Голос ребенка – Додо!

Додо – Невероятно…

Голос ребенка – Невероятно? Чего тут невероятного?

Додо – Нет, ничего, значит с высока красивей?

Голос ребенка –  Мне нравится!

Додо – Весной лучше, когда природа просыпается.

Голос ребенка – Почему не хочешь в приют?

Додо – Не знаю, неловко как-то…

Голос ребенка – Я пойду с тобой, останусь с тобой.

Додо – Иди  и проси их – примите, пожалуйста, муж сбежал, мол, дети оставили…

Голос ребенка – Не волнуйся, это я возьму на себя и все улажу; уже три месяца ты ставишь здесь «Короля Лира» Шекспира. Ну и как, хорошая пьеса?

Додо – Очень!

                  (Спальня куда-то исчезает, и мы уже в приюте для престарелых. Сцена представляет собой двор приюта, во дворе стоит сцена «раковина», а на сцене «сцены» детали декорации, это все, что сообразили старики – «актеры».

                  Заходит уличный музыкант, раскрывает футляр скрипки, бросает туда пару монеток и начинает играть. Он играет для себя. Но время от времени своеобразно аккомпонирует происходящему на сцене.

                  (Заходят Шако и Клара)

Шако – Здравствуйте, Додо Николаевна?

Додо – Николаевна (удивленная тем, что знает Шако), ваше имя Шако, не так ли?

Шако – Для друзей Шако, для других Шалва.

Додо – А мы разве друзья?

Шако – Конечно!

Додо – (с осторожностью) Шако, это приют для престарелых?

Шако –Вы что шутите, Додо Николаевна?

Додо – (смеется) Да, шучу… Шако!

Шако – Да!

Додо – (ее растерянность становится заметнее) У нас репетиция сегодня?

Шако – Да, конечно, конечно… только (с удивлением смотрит на Додо) не холодно ли вам, Додо Николаевна?

Додо – (только что заметила, что стоит в одной ночной рубашке) Ой, извиняюсь, как это со мной случилось…

Шако – Ничего, ничего особенного… годы, возраст…

Додо – Да причем тут возраст? Сколько же вы думаете мне лет? Посмотри на него?! (бежит переодеваться, вдруг останавливается, как-будто вспомнив что-то) Неправда!

Шако – Что неправда?

Додо – (приближается) Подайте руку!

Шако – Зачем? (подает руку) Пожалуйста!… (Додо осторожно здоровается с ним, надеясь что очнется от сна, однако видит, что ничего не меняется).

Додо – Извините? (поникнув)

                  (Додо бежит переодеваться, затем возвращается. Между Шако и Кларой идет глухо-немой диалог. Клара общается только так, а Шако кроме жестов произносит некоторые слова и фразы даже вслух)

Шако – Сегодня на обед пожарь котлеты!

Клара – (недовольная) А что праздник, что ли?

Шако – Так надо, думаю «он» едет сегодня.

Клара – Я не покупала мяса.

Шако – (дает деньги) На тебе деньги и купи. (Шако идет к телефонуавтомату, открывает его, в нем нет денег. Обращается к Кларе) – что такое, никто не пользуется что-ли телефоном?

Клара – Как не пользуются? Но почему денег нет, не знаю.

Шако – Что делают старики, не собираются?

Клара – Не хотят переселяться…

Шако – Их буду спрашивать!…

Клара –Сегодня ночью придешь ко мне?

Шако – Да.

(Клара выходит, заходит Анико с веником и ведром)

 Шако – Анико!

Анико – Слушаю вас!

Шако – Убираешь, да? Тебе не трудно?

Анико – Да нет, что вы!

Шако – Ну так вот убирай, сегодня ждем гостя,  если выберет время (пауза). Тебя никуда не отпустим, ты ведь хочешь остаться? (Анико кивает головой) Вот и оставим тебя, не нервничай (Шако выходит, заходит Гоги, курит, Анико убирает двор)

Гоги – Здравствуй!

Анико – (вздрагивает) Как напугал меня!… Когда ты вошел?

Гоги – Я поздоровался, кажется. Анико, все время хочу спросить тебя, глянька сюда… (Анико взглянула, Гоги смотрит пристально) Раньше там … в той жизни мы не знали друг-друга?

Анико – (продолжает мести двор) Нет.

Гоги – Нет? А почему ты мне такой знакомой кажешься?

Анико – Не знаю?

Гоги – Я не забываю лица … хорошо помню твое лицо, а откуда – не могу вспомнить.

Анико – (пристальный взгляд Гоги встревожил ее) А откуда мне знать!

Гоги – Анико, а ну-ка улыбнись! Улыбнись же?! Прошу (Анико старается улыбнуться). Нет, это была другая… ничего вспомню… там  в той жизни. А что ты делала там? Кем была?

Анико – Там? Уборщицей была… А ты?

Гоги – (Растерялся) Я? Я, что я? (повысил голос)

Анико – Да, ты? Кем ты был там?

Гоги – Зачем тебе? Скажу.. бухгалтером был… да, бухгалтером … на заводе, а почему спрашиваешь?

Анико – Да так. А что ты так разволновался?

Гоги – Я? Разволновался? Этого еще не хватало… А что мне волноваться-то? Разволновался, нет!… Ты как-то так спросила, будто подозреваешь в чем-то (пауза). Анико, сегодня идут к нам, не знаешь?… Ты не слыхала?

Анико – Откуда мне знать?!

Гоги –  А репетиция будет сегодня?

Анико – Да, будет.

Гоги – Для чего эти репетиции? Все равно же нас выселяют отсюда. Открывают кабаре, и этот… эротический театр, что ли …

Анико – (с уверенностью) Говорят что не смогут   выселить..

Гоги – Кто  говорит? Додо? Ее спросить забыли. И  что она хочет? Не знаю… кормят, поят, ухаживают за нами, иногда и подарки дарят, а она какие-то интриги заводит, да и спектакль этот для интриги придумала. Говорит, бомбы, мол бросаем… какие же такие бомбы бросаем?!

Анико – Мы же не в самом деле бомбы бросали?

Гоги – Знаю … (пауза) Что тебе Шако говорил, оставляет?

Анико – Да.

Гоги – Да? Очень хорошо (бросил сигарету). Мне он пока ничего не говорил… (заходит Клара)

Клара – ( на глухонемом)  А ну-ка подними окурок. Не видишь, человек убирает?..

Гоги – А тебя-то кто спрашивает (берет сигарету)? Анико, а правда что Клара потаскуха Шако? 

Анико – (растерянно) Не знаю?!

Гоги – (Кларе) Клара, ты проститутка Шако? (смеется)

Клара – Пойдем поможешь, картошку чистить надо.

Гоги – Иду. Анико, если вспомнишь меня, напомни, хорошо?!

Анико – Напомню, напомню.

                  (Анико идет к телефонавтомату, оглядывается по сторонам, опускает монету, которая привязана на нитке, набирает номер. Слышен зуммер, кто-то берет трубку, Анико быстро вынимает монету).

Женский голос – Слушаю! Ало?! Слушаю?! Кто-ты? Скажи что-нибудь… с ума меня сводишь? Заставляешь ревновать? Да пропади ты пропадом (прерывистый зуммер, Анико вешает трубку, продолжает подметать, заходит Кети)

Кети – Анико, меня никто не спрашивал?

Анико – Нет.

Кети –(удивленная) Почему? (звонит по телефону) Анико, не помнишь номер моих?.. 34-41 и?.

Анико – Не помню!

Кети – А как же мне звонить? (готова заплакать, заходит взбудораженная Русико, которая ищет Кети)

Русико – (увидела Кети и стала ей выговаривать) Куда удрала? Полчаса тебя ищу.. у тебя же это.. как его?… ну напомни….

Кети – (улыбаясь) Склероз?

Русико – Да, склероз. Так что будь осторожней, а то потеряешься однажды… и все…

Кети – Русико, ну-ка скажи а-а-а…

Русико – а-а-а

Кети – В попе дыла!!

Русико – Глупая ты, Тинико! Без стыда и совести!

Кети – (поправляет) Не Тинико, а Кети!

Русико – Что Кети?

Кети – Кети, а кто здесь Тинико?

Русико – Большая разница, что Кети, что Тинико (задумалась). Что-то я хотела? Да Кети, пипи не хочешь?

Кети – (задумалась) Не знаю!

Русико – Пойдем со мной (выходит, Анико вдруг замечаем Сандро, который зашел незаметно. Он немного растерян, глядит в стороны. Выглядит значительно старше своих лет, руки трясутся. Чувствует себя как-то неловко в новой среде).

Анико – Здравствуйте!

Сандро -(хриплым голосом) Здравствуйте!..

Анико – (узнала, рада) Извините, вы же тот? Ну тот… Сандро?

Сандро – Да, я.

Анико – (удивленная) а? … здесь зачем? Откуда? Когда пожаловали?

Сандро – (не скажу, что ему приятен этот разговор) Сегодня… сегодня привезли…

Анико – Очень хорошо, очень приятно… а сказали закрываемся… (подает руку) Анико.

Сандро – (пауза)  Где здесь 25-ая комната?

Анико – На втором этаже, слева третья комната, написано 27-ая, а на самом деле она 25-ая… как же приятно, что вы здесь…. А мы спектакль ставим. Будете участвовать? Скоро премьера… если до этого не выгонят нас…

Сандро – Как это – выгонят?

Анико – (по секрету) Продают этот дом… продают или покупают точно не поняла… переделывают в кабаре… или в эротический театр, что ли…

Сандро – Значит, на втором, да?

Анико – Да, да, на втором, слева, третья комната, написано 27-ая, на самом деле 25 –ая. (Сандро выходит, Анико провожает его взглядом, вздыхает). Как же он постарел? (заходит элегантно одетая Додо).

Додо – Анико! (Анико выронила из руки метлу) Анико! Что я тебе говорила? Объясни, почему ты это делаешь?

Голос ребенка – Зачем ты кричишь на нее?

Додо – (изменив тон) Ты здесь больше не уборщица, думай о своей роли, в приюте есть уборщица, и она этим займется.

Анико – Больше нет.

Додо – Нет? Как это?

Анико – Шако освободил…

Додо – Зачем освободил?

Анико – Не знаю, сказал, чтобы я убирала!…

Додо – И ты убираешь.

Анико – Да, убираю, а что в этом, 40 лет убирала, что мне осталось, еще года 2 поубираю и… если не буду убирать – отпустит… куда же мне?

Додо – Разве сказал, что выгонит?

Анико – Да нет, не говорил… Додо, говорят сегодня ждут гостя, правда?

Додо – Не знаю, увидим.

                  (Заходит Аркадий, кажется он русский, но на русского не очень похож, и акцент даже немножко грузинский)

Анико – Здравствуй, Аркадий!

Аркадий – Добрый день, Додо Николаевна! (на русском) Здравствуй Анико! (на грузинском).

Додо – Здравствуй, Аркадий.

Аркадий – (недовольный) Значит все-таки Лира ставите, да?…. Не лучше Ричарда поставить или Макбет? Полетели бы головы направо и налево.

Додо – Чьи головы?

Аркадий – Вы мне дайте Ричарда, головы я сам найду. Додо Николаевна, нельзя мне тоже участвовать в нашем спектакле?

Додо – Ну как ты, Аркадий, будешь играть у нас? Мы говорим по-грузински, а ты по-русски?

Аркадий –Додо Николаевна!

Анико – (прерывает) Не приставай, Аркадий….

Аркадий – ( к Анико) Не тебя спрашиваю… (к Додо) Додо Николаевна, а нельзя, чтобы один из князей был русским?…

Додо – Нельзя, Аркадий!

Анико – Аркадий, уйди.

Аркадий– Угомонись Анико, Додо Николаевна, этот князь – как его, Глостер, он не может быть русским?

Додо – (категорически) Нет!

Аркадий – (ушел, вдруг обернулся) Ну ладно, пусть будет так – Глостер не русский, а русскоязычный!

Додо – Ар-ка-дий!!

Анико –Аркадий!

Аркадий – А Кент?

Анико – Аркадий, отстань… здесь родился, здесь вырос, выучился бы грузинскому языку.

Аркадий – Во-первых, не здесь я родился, а в 21-м, когда отец вас освобождал,…

Анико – От кого освобождал?

Аркадий – От меньшевиков, мне тогда три года было. Ему  на Татьяновской дали кваритиру, потом эту улицу переименовали на 25 февраля, потом на 26 мая, а сейчас Товстоногова. И меня и маму привез, потом русская школа, во дворе курды, армяне, и грузинскому не научился, и русский почти позабыл (безнадежно), нельзя значит!

Додо – Нелъзя!

Аркадий – А спроси, так у нас демократия!

Додо – При чем тут демократия? Это же Англия! Средние века! Что там русскому делать, что?

Аркадий – ( удивленный) Что за страна? Ни одного русского? (выходит весьма обиженный, забегает Русико).

Русико _ Не видели Тинико?

Анико – Тинико или Кети?

Русико – У нее это, как его?… ну это… склероз!… ужас… (побежала, опять вернулась) говорят, сегодня идут, правда? Эротический театр открывают, правда?

Анико – Не знаю.

Русико – Как мне быть, по домашнему быть одетой или переодеться ? Кети не видела? А, я же спрашивала… (идет, возращается) что ответила, не помню.

Анико- Не видела (Русико выходит) Додо, знаешь кого привели сюда?

Додо – Кого же?

Анико – Этого…. Во многих фильмах снимался, женщины без ума были от него… Сандро… фамилию никак не могу вспомнить.

Додо – Он актер?

Анико – Да, актер, как же он постарел .. (пауза) Додо!

Додо – Что случилось, Анико?

Анико – (по секрету) Вчера у Шако гости были… Решено – этот дом продан… или куплен…. Документы оформляют…

Додо – Кто тебе про это сказал!

Анико – (оглядываясь) Убирала комнату Шако, зашли, велели выйти, в прихожей ждала… слышала… Шако позвал меня, велел «Шампанского» принести, кутили. В конце месяца выселю, говорит, их отсюда, обещал.

Додо – Куда выселит?

Анико – В Эртацминда, там где пионерский лагерь был. Те сказали, что лагерь этот почти не существует, разобран, а Шако им ничего, мол, образуется… продали, или купили, не поняла.

Голос ребенка – (Додо говорит). Не бойся, никуда не смогут выселить

Додо – Не бойся, никуда не смогут выселить, земля не соломой покрыта.

                  (Заходят старики «Актеры», Русико нашла Кети и держит ее за руку, одни текст, другие  мизансцены повторяют).

Ванико – Додо! Правда, что здесь  эротический театр открывают?  Мать их так, а так… если театр открывают, зачем то нас выгонять, мы что плохо сыграли что ли?

Аркадий – Да, да сыграешь, голышом (смеется), ну,  дает деревня!…

Ванико – Зачем же голышом – то… Додо (Додо перелистывает пьесу, не обращая на Ванико внимания) Додо, можно чтобы я на этом концерте стихи прочитал?

Додо – Это  не концерт.

Ванико – Ну как есть, можно? Ты что говоришь про бомбу, а вот смотри – «отец любит своих детей, а дети не помнят отца»

Кети – (в панике) Додо, это правда?

Додо – Что правда?

Кети – Что сегодня приходят… сказали скоро выгонят всех.

Додо – Кто тебе сказал?

Кети – Говорят.

Додо – (посмотрев на ребенка, которого никто не замечает) Никто нас никуда не выгонит!

Кети – Я должна моим позвонить, не помните две последние цифры? А? 34-41 и?

Ванико – (скромно) Додо, я все-таки не понял, могу я бомбы читать или нет?

Додо – Нельзя!

Ванико – (недовольно) Почему?

Додо – Потому! Будь человеком, отстань,

Гоги – Почему не начинаем?

Додо – Начнем.

Гоги – Мы готовы, выходим с музыкой?

Додо – Да.

Кети – Додо, что нам делать с ресницами, не принесут их? А грим не нужен? Нам не мешало бы омолодиться!

Додо – Будет! Все будет! А возраст тут не причем, это условность даже обостряет обстоятельства, в ней заложена самая главная бомба.

Ванико – Почему не начинаем?

Додо – Ждем Како, повторяйте текст…

Русико – Додо, а это правда? Нас и взаправду  выгонят?

Додо – Не паникуй, не выгонят.

Ванико – Додо, а ну послушайте, когда я это говорю – «Вой, вихрь, во всю! Жги, молния!»- может добавить: -«Как заварил кашу, так и разхлебывай»! Круто, не правда ли. Чем же это не Бомба?!

Додо – (еле сдерживаея себя) А кто это должен сказать?

Ванико – Король Лир… ну тот, кого выгнали… догадался, наконец, что все получил по своей же вине  «Что припасешь, то и сосешь».

Додо – (взрывается) Ванико! Не своди меня с ума, Что говорит Лир? Что Шекспира корректируешь? Не знаю как укоротить текст, а ты?

Ванико – (обиженно) – Извини… Начать?

Додо – Нет, пусть все придут….

Ванико – ( по секрету) Додо, если они правда возьмутся нас выгонять, у меня одна мысль … потом скажу, сегодня начнем с «вой вихрь»… , а пожалуйста?!

Додо – (вспыхнула) Нет – это результативная сцена… Лир должен до этого дойти, а там он уже сумасшедший, до этого дорога длинная… Что его с ума свело, раздели, раздал все, что имел, играет с роком, вызывает судьбу на дуэль, проигрывает…. Поздно очнулся, поздно догадался, поздно догадался… опоздал.

Ванико – Я тоже про то же,  догадался понял, что сам виноват

Додо – (кричит во всю) Где же Како?

Ванико – Кому же нужен этот Како? Я же здесь?

Додо – Нужен, что ему заново еще объяснять все?

Ванико – Додо, я все равно ничего не делаю, а ну посмотри на эту бомбу?!

Кети – (звонит по телефону) Никто не помнит телефон моих? 34-41 и? … 2 последние цифры не помню

(заходит Како)

Додо – Почему опаздываем?

Кети – (возмущенная) Что, всегда тебя должны ждать?

Русико – Хватит  ну,  хватит тебе Како!

Ванико – Браток, разве так можно? (Ванико удивляется – почему Додо не ругает Како).

Гоги – (Проснулся в испуге) ааа! … Нет!…  не хочу!… что вы от меня хотите! А я причем… кто меня  спрашивал ( старики окружили его, Гоги понял, что бредит, что этот кошмар был во сне). Не заснуть человеку…  Все одно и тоже снится…

Како – Слушай, я вообще не могу заснуть… если засну на 10 минут, кто-то шепчет, пси, пси … и можно описаться.  А что тебе приснилось?

Гоги – (совсем очнулся) Мне? Ничего? А тебе что? Чего пристал?… Ничего  мне не снилось…

Како – Сядь, отдохни.

(Гоги садится, но тотчас же подскакивает)

Гоги – Нет, Нет!… Сажусь, засыпаю… и потом…

Како – Меня ждали? Шако встретил и сказал, что репетиции не будет.

Додо – Это почему же?

Како – Я тоже про это. А он не твоего ума дело… сказал.

Кети – Бесстыжий!

Русико – Осел…

Како – Да, невоспитанный, подумал было ударить его, потом решил, что с этим амбалом не справлюсь, потом решил сказать что-нибудь такое, чтобы ранило его сердце, но ничего не смог придумть и … (с выражением гнева) вот так посмотрел на него в упор и пошел. Будет репетиция? Я буду играть?

Ванико – (начал кричать) Ну почему же каждый божий день ты должен играть, а до меня никак не дошла очередь? Мы же договаривались?! Сперва ты, потом я. Сперва ты, потом я, ладно, да!

Како – Пожалуйста! Пожалуйста! Играй ты. Иди начинай

Додо – Нет Ванико, ты пока смотри и текст запоминай, Како, ты начинай!

Ванико – Всегда вот так… да я уже знаю текст… послушай – «вой вихрь во всю!…»

Аркадий – Каждый раз одно и то же,  хватит, наконец, Ванико ! Да?!

Ванико – А тебя кто спрашивает?

Аркадий – Мне тоже не дают играть… Что стреляться из-за этого, что ли? Давай, Како, начинай…

Ванико – Аркадий, ты немножко образумься и сиди себе ( обращается к Како)  Слушай, дорогой, мне не то что обидно, просто считаю, что так нельзя… Я не обижаюсь, но так…. нельзя… нельзя…

                  (все никак не может успокоиться).

Додо – Начнем.

Како – Начнем, то начнем! Но Ванико, я здесь обсолютно не причем. Это как в анекдоте: гуриец и сван сидят на дереве .

Кети – Пожалуйста, начнем ну!

(входит Клара)

Додо – Чего тебе, Клара?

Клара – (жестами) – Ничего, продолжайте.

Како – Ванико!

Ванико – (обиженный) Чего тебе надо? Хотел же играть? Так, иди же играй …. я не обижаюсь…

Како – (мирительно) Ванико, если ошибусь, продиктуй, а?!

Ванико – А если где-нибудь в другом месте будешь играть и забудешь, там тоже мне диктовать, что ли?

Русико – (чуть не плача) Ну начните же.

Како – Чего тебе Ванико? Я же сказал, если хочешь, играй ты, мне не будет обидно.

Кети – Хватит вам, устала я, начните наконец!

Гоги – Додо, гони их обоих, лучше я буду Лира играть.

Ванико – Я что, думаете, обижаюсь, я не на это обижаюсь.

Аркадий – Да уймись ты, не интересно нам, обижаешься ты  или нет, ты нам просто мешаешь.

Ванико – Эх, что вы меня успокаиваете, разве я и так не спокоен?

Додо – (зажигая сигарету) Ну и идиотка же я настоящая. С чего это я взяла, что с вами можно над спектаклем работать («актеры» замолкли, поняли, что Додо и всерьез разозлилась).

Голос ребенка – Успокойся.

Додо – Ты виновата! Что ты меня сюда притащила? (вдруг Додо помешало присутствие Клары) Что тебе, Клара?

Клара – Шако сказал, чтобы не начинали репетицию. Тынейджеры придут, вечером у них дискотека, сцену готовить будут.

Додо – (не понимает, что сказала Клара) Понял хоть кто-нибудь, что она сказала?

Како – Кажется – прекратить репетицию.

Додо – Клара отвяжись пожалуйста.

Гоги – Шако будет ругаться.

Кети – Кто такой Шако, я его знаю?

Ванико – Подумаешь будет ругаться… Тоже мне, объявился здесь, блин, начальник!…

Русико – (прерывает) Ванико!

Додо – Како начинай, чего ждешь?

Како – Вас  ждем, откуда же начинать?

Додо – «Пока пожалуют» (пауза) Клара, чего ты хочешь? Разозленная Клара выходит)

Како – Начинаю (пауза, Како готовится) Пока пожалуют…

Како – Почему пока?

Како – А как же?

Додо – Пока.

Како – Пока придут… да? Пока придут… да-а?. Если так начать-пока придут сюда, откроем наши скрытые планы, «подайте мне карту моего королевства!

Ванико – (поправлет) Нашего…

Како – Чего это нашего?

Ванико – Да нашего (читает) «подайте мне сюда… карту нашего королевства…», мне продолжать или нет?

Како – (продолжает быстро) выслушайте меня «Я разделяю королевство на три части»…(Ванико диктует вслух) Ванико, тише, а?!

Ванико – Что!?

Ванико – Ты же сам просил диктовать?

Како – Я говорил – если ошибусь, а разве я ошибся?

Додо – Кофе не сварите мне?

Гоги – Закончили репетицию?

Додо – Тише,  продолжаем.

Како – И на чем же я остановился, Ванико?

Ванико –  Что королевство свое на три части делил. Но я все никак  не могу понять… Дурак что ли этот Лир? Как же он , осел, все раздает и себе ничего не оставляет? А если дурак, то как Королем стал?… А, впрочем, столько дураков на свете, что…А я что, не так поступил: все что имел, отдал этим негодяям.

Додо – Ванико, не мешай нам.

Како – Продолжаю …..   Додо, выйду на минутку, хорошо?

Додо – Иди. Иди. Как же мы это осилим к концу месяца? Ума не приложу…

Гоги – Репетиция закончилась, а ну-ка приберем все…

Ванико – Додо, может мне продолжить? Когда же он вернется, а мне диктовать не нужно, начать? Где же он остановился?… да, здесь… на три части королевство делил… дурак, осел настоящий, себе ничего не оставляешь? Продолжаю (читает) – в ( текст из Шекспира) Додо, это значит, что пока мы на пенсию выйдем, вы работайте – не так ли?…

Како – (забегает быстро) – Что случилось… нельзя на минутку выйти? Ванико, если ты хотел играть, я же говорил, что не обижусь, ну давай, давай, продолжай…

                  (репетиция вновь прервалась, внимание стариков переходит на вошедших старика и молодого человека)

Сын – Что скажешь, отец? Нравится тебе здесь? А?

Отец – ….?

Сын – Что? Скажи- что? Ты нервничаешь, отец? Чего тебе нервничать, успокойся… Если не хочешь оставаться, пойдем, пойдем же.

Отец – …. ?

Сын – Отец, скажи что-нибудь?… (отец крепко хватает за руку сына) Отпусти…. Что с тобой, я же не убегаю… отпусти, пожалуйства, иди сюда…. садись… отпусти руку,… люди ведь смотрят, неудобно, ну чего ты папочка, родной мой? Мы же договорились, нет? Уеду я на четыре-пять… месяцев, ты здесь останешься, с директором уже поговорили, во внимании, еде, питье и  тепле ты не будешь нуждаться. Как приеду, в тот же день заберу тебя отсюда. Что не нравиться тебе здесь?

Отец –  ……….

Сын – Ну что мне делать? Скажи как быть? Если бы ты тогда не согласился остаться здесь, я бы не подписивал  этот чертов контракт, и кваритиру бы не продал…. Что изменилось? Ты же знаешь, квартира продана, Тинико и детей ее родителям подсунул, пойдешь к ним?… Нет! А что сейчас делать? Квартиру не вернуть, половина денег на долги ушла… ничего, два-три года… и куплю еще лучшую квартиру.

Отец – ….

Сын – Хорошо, сейчас отпусти, время не терпит, в четыре часа уже в аэропорту должен быть. Отпусти же руку…. Ну, будь здоров, я должен идти…. ты же не маленький? Все понимаешь. Ты же знаешь, что мне не нравится тебя здесь оставлять, но что поделаешь. Посмотри, какие хорошие люди вокруг, да и условия неплохие… Меня бы кто тут оставил…

Отец – …..

Сын – Да, кстати, чуть не забыл, деньги я тебе оставлю. Отпусти руку… деньги достану. Вот так (отпускает руку, кладет деньги в карман отцу). Пригодятся. Смело проси у директора все, что захочешь. Он  у меня в долгу, ни в чем не откажет. Не думай, что тебя здесь из-за милости держат… Ну, я пошел, пока, через пять месяцев я уже здесь…. с аэропорта прямо сюда (сын уходит)

Голос ребенка – Постой, не уходи!… Эй! Тебе говорю!… Куда идешь? Куда… (сын не слышет голоса ребенка и выходит).

                  (старики окружают отца).

Гоги – (отцу) В какую комнату распределили? В той жизни мы случайно не знали друг друга?

Отец –  …..

Како – Оставь его, как Вас зовут?

Отец – ….

Ванико – Не волнуйся! Знаешь как нам здесь классно?…

Отец – ….

Русико – Мы здесь превосходно себя чувствуем, если бы меня не привели сюда, я бы от одиночества подохла.

Отец – ….

Кети – Вам здесь  очень понравится, знаете  какие мы хорошие люди?

Гоги – Вот! Шако идет! Сейчас вы держите перед ним ответ.

Аркадий – Гоги, как тебе не стыдно, такой большой и такой трусливый, точно заяц.

Гоги – Заткнись!

Кети – (возмущенная) Почему не говорите мне кто такой этот Шако, я знаю его?

Русико – Тинико…

Кети – (поправляет) Кети.

Русико – Это же все равно, у тебя же это как его? Это… говорила тебе, будь осторожнее.

(заходит Шако)

Кети – (обрадовалась) А-а, да я же знаю его, это Шако.

Шако – Здравствуйте друзья, мои дорогие, мои хорошие.

Аркадий – Здравствуйте, батоно Шавлег!

Шако – (почему-то раздражается) Аркадий, почему отключается в моем кабинете телефон, почему не чинишь, или это тебя не касается?

Аркадий – Сделаю, батоно Шавлег!

Кети – Шако, а ну-ка скажи а-а…

Шако – а-а!

Кети – В попе дыла(смеется)

Шако – Баба Кети, баба Кети, предстваляю, какой сорви-головой вы были в детстве? Уже познакомились? Очень приятно (отцу) А что вы умеете делать?

Отец – ….

Шако – Хорошо, хорошо,  подберем и для вас дельце: приятное для вас и полезное для нас. (весело) Ну как дела? Всё в ажуре? Жду, рассказывайте, не нуждаетесь ли в чём-нибудь?

Гоги – Ни в чём, у нас всё есть…

Кети – Как же не нуждаемся: грима нет, платья нет.

Русико – «Румяна» нужны, «ресницы» нужны.

Анико – (тихо) Платья и у меня нет…

Шако – Ой, какие вы милые, вы даже не представляете себе – Будет! Все будет! Давайте сделаем так; составьте перечень нужных вам предметов и передайте мне. Слово ваше, дело наше. А сейчас продолжайте, пожалуйста, хочу посмотреть на вас.

Додо – У нас перерыв.

Шако – Какое время отдыхать, минут через пять  ребята придут, сегодня дискотека.

Гоги – А гости придут?

Шако – Какие гости? Ах, те? Нет, те не сегодня.

Додо – Мы же договоривались, что сегодня репетиция.

Шако – Вы правы, Додо Николаевна, позвонили, просили, велели, а что мне делать?

Гоги – Если велели, что тут поделаешь?!

Додо –(возмущенная) Не велели, а сцену сдаете. Почему не можете  нам заявить, что сдаете, за что вам деньги платят.

Шако – Да, сдаем, да нам деньги платят. А вы что думаете, то, что из бюджета выдают, этого нам хватает, или на пожертвования живем? Три года, как на улице ящик для пожертвования поставили. Хотите знать сколько пожертвований было – 85 тетри,… из них 20 тетри я бросил. Знаете, во сколько мне обходится содержание стольких людей? Продукты, электричество, вода, сиделки, врачи, лекарства… что делать?  Отказывать? Вот пожалуйста Како каждую ночь в постели мочится. Белье надо менять? Надо! Стирать надо? Надо! «Порошок» нужен? –нужен! А белье во время стирки изнашивается? А как же хотите? (обращаясь к Како) Како, я так это… к примеру привел.

Како – (скрывая глаза от женщин) Какие ночи, только раз это было.

Додо – Когда договориваемся, соглашение нельзя нарушать из за того, что кому-то кто-то деньги в карман положил.

Шако – Постой постой… это кто кому в карман положил? Это я, что ли в карман кладу? Я?

Како – Сколько тебе платят?

Гоги – (посмотрел на Шако) Какое тебе дело, кто тебя спрашивает?

Шако – Какое твое собачье дело? Кто вас спрашивает?… Что вы нос суете в чужой карман. Не на вас что ли эти деньги трачу?

Аркадий – Говорите по-русски… Мне тоже интересно, по-грузински я не все понимаю.

Додо – Продолжаем репетицию.

Шако – Нет, нет… Додо Николаевна, прошли пять минут, сейчас уже придут, и… не хочу неприятностей… закончили, а завтра продолжим. Если не успеваете подготовиться,  перенесем месяца на два, что же нам торопиться? Лучше получится.

Како – Какие ночи? – Только  раз… и то…

Ванико – Не знаю, а ведь сказали к концу месяца переходим…

Шако – Да, переходите! Ну и что? Там играть будете… на природе разве не лучше?

Додо – (категорически) Эти люди никуда отсюда не перейдут!

Шако –Хорошо сказано – не перейдут… не перейдут… А так, братцы, не выйдет… Этот дом не ваш…

Како – И не твой!

Шако – Да, правильно, и не мой! А я что говорю, что он мой. Додо Николаевна, с вами наедине хочу поговорить, потом зайдите ко мне, пожалуйста. А теперь на этом и закончим.

Додо – Наедине нам не о чем с вами говорить, если есть что сказать, здесь же и говорите.

Шако – (теряя терпение, но стараясь сдерживать себя) Не надо этих митингов Додо Николаевна, обойдемся без них. Вы же понимаете, как я вас ценю. Я на ваших спектаклях вырос, но знаете, что я вам скажу… Никому, кроме вас лично, никому не нужен этот спектакль. Если вы думаете, что бомбы готовите, это вовсе не так… Это далеко от реальности….

Голос ребенка (говорит Додо) – Не заводись.

Додо (ребенку) – Погоди. (старикам) Только мне нужен? Вам не нужен? Скажите же!… Что вы замолкли все?

(Пауза, старики смущаются от неудобства)

Ванико – (посмел) Что вы,  Додо Николаевна, как не нужен?!..

Гоги – А для чего он нам нужен, напоит  что-ли он нас,  накормит или обогреет, а?

Аркадий – (к Додо, так что бы Шако не слышал) Я с вами Додо Николаевна.

Шако – (заходит Клара и звонит колокольчиком) Друзья, прошу… Обед подан, Клара сегодня котлеты приготовила для вас, прошу… пожалуйте (пауза)… не остудите обед… (старики выходят потихоньку, на сцене остаётся только Додо, Сандро и Отец, который сидит в углу и смотрит в пространство. Все трое погружены в свои мысли, они одни)

Голос ребенка – Посмотри, кто стоит? (Додо заметила Сандро)

Додо – Сандро!-Сандро! ( Сандро оборачивается, всматривается внимательно, но видно, что не узнает Додо) Здравствуй, Сандро!…

Сандро – Здравствуйте?!

Додо – Не узнаешь?

Сандро – Как нет, как нет, узнал… Вы … (узнал) ты….?

Додо – Да  я,я… что с тобой стало? На кого ты  стал похож, бедняжка.

Голос ребенка (Додо) – Как ты встречаешь? … Не говори с ним так.

Сандро – На кого похож?

Додо – Иди сюда, присядь, кто тебя сюда привез?

Сандро – Соседи.

(пауза)

Додо – Ну и как ты?

Сандро – Да так себе…

Додо – Пьешь?

Сандро – Нет…

Голос ребенка (Додо – про себя) Врет.

Сандро – А на что пить-то?! (пауза) А ты? Ты что здесь делаешь?

Додо – (посмотрела на ребенка) Я-я-я? Да я здесь не из милости, деньги плачу… когда же тебя привели?

Сандро – Сегодня… Надо же!… (смеется) Где встретились, а

(заходит Клара)

Додо –Чего тебе, Клара?

Клара – (колокольчиком звонит) Не идешь?

Сандро – Подслушивает?

Додо – Она глухонемая (Клара выходит, неожиданно) «Лира» ставлю, сыграешь?

Сандро – Чего…?

Додо – «Лира» сыграешь? Это же роль твоей мечты? (подымает голос) Сыграешь?

Голос ребенка  – Сыграет, сыграет… куда денется, не хватай его сразу за горло.

Сандро – Да что ты!

Додо – Что, не хочется? Сандро!…. если ты сейчас откажешься от этой роли?!…

Сандро – Оставь, Додо…

Додо – Решено! Играешь Лира, и представить не можешь, что случится… Это будет нечто! Это будет зов! Бомба . Общество очнется, поймет, наконец,  что так больше нельзя продолжать, нельзя жить по-прежнему – закрыв глаза. Таа-к! Решено – играешь  Лира, если совсем не отупел. Текст выучишь без проблем,  это тебе всегда удавалось запросто.

Голос ребенка – Говорил я тебе..

Додо – Однажды ты уже сбежал… Всю свою жизнь посвятила тебе… Ах ты пьяница «Дон –Жуан»… Ты пьяница «самая»?

Голос ребенка – Не надо так, все испортишь.

Додо – Погоди … (к Сандро). Из болота выволокла, в мужчину превратила, а ты… не оценил и сбежал… сбежал и видишь на кого стал похож?

Сандро – (удивляется) На кого же?

Додо – В зеркало не заглядываешь?

Сандро – Заглядываю, что дальше?

Додо – И не видишь как ты выглядишь? Руки давно трясутся?

Сандро – Руки трясутся? (выпрямляет руки вперед) – Правда, трясутся, раньше не замечал.

Додо  – А Лика где? Оставила небось тебя? А ты думал, как я в прислугах твоих ходила бы? Ты думаешь, я  не знаю про твои козни?!

Сандро – А какие козни?

Додо – Все знаю, все… к кому ты сбежал дегенерат…

Голос ребенка – Не время сейчас для ревности.

Додо – Мальчики навещают?

Сандро – Да, как-то Ника заходил…

Додо – Когда-же?

Сандро – Не помню…

Додо – Не помнишь … а так приблизительно?

Сандро – Додо, скажи правду, что ты здесь делаешь?

Голос ребенка – (обращается к Сандро) –Для чего тебе это исследование, она здесь и все! Помирись с ней, если сможешь.

(Сандро не слышит)

Додо – (голосу) Отстань от него (к Сандро) – твоя вина… Во всем ты виноват.

Сандро – Это я знаю… если что было плохое – во всем виноват я.

 Додо – Да, это так, во всем ты виноват, только ты… бессовестный, эгоист, неблагодарный…пьяница, «Дон-Жуан».

Сандро – Пьяница «Самайи» земелевской забегаловки

Додо – Да пьяница «Самайи»

Голос ребенка – Стой и кричи сейчас, пьяница, пьяница.

Додо – Из забегаловки «Самайи» я тебя вытащила, в мужщину превратила, никто тебя никогда не интересовал, только собой был занят. Мальчики так разбежались, ты даже  и не узнал (Додо расплакалась, неловко себя чувствует).

Голос ребенка – Поплачь, поплачь- это помогает, смотри как подействовало (Додо вытерла слезы)

Сандро – В этом тоже я виноват?

Додо – Да, ты, ни разу не заинтересовался, чем твои дети живут, когда Ника тебя видел не помнишь… Идиот… уже десять месяцев как Ника в Америку уехал.

Сандро – Куда?

Додо – В Америку.

Сандро – Когда уехал?

Додо – Десять месяцев назад! Десять месяцев?

(пауза)

Сандро – Десять месяцев?… почему?

Додо – Потому! Потому, что до него никому не было дела (заходит Ванико, в руках держит кусок хлеба и котлету)

Ванико – Додо… это… а на обед и вправду котлеты подавали… вот, тебе принес…возьми, с утра ведь ничего не ела…

Додо – (кричит) Ванико, уйди отсюда!

Ванико – Ухожу (Заглядывается на Сандро) Ты же тот? … ну тот?… (посмотрел на Додо) ухожу… (выходит)

(пауза)

Додо – Если бы ты не только о себе думал… Трижды ранили Нику, ни разу тебя не нашли,… То друзья, то прохожие доставляли его в больницу.

Сандро – Додо, это же случайно так вышло.

Додо – Что же случайно вышло? Случайно ранили его, или случайно не смогли тебя найти?

Сандро – Случайно не смогли меня найти.

Додо –Случайно ничего не случается.

(заходит Шако)

Шако – Здравствуйте, Додо Николаевна!

Додо – А мы сегодня не виделись, да?

Шако – (обращается с Сандро) На минутку оставь нас (понял, что лицо незнакомое). А вы кто?

Сандро – Я……?

Шако – Да, вы.. ты…?

Сандро – Сандро.

Шако – И что потом?

Сандро – А что потом?

Шако – Что ты тут делаешь?

Сандро – Ничего

Шако – Аа … это же ты, Даташка что звонил? Какой вы профессии?

Сандро – Какая разница?

Шако – Ты плотник, маляр,  электрик, или?…

Сандро – Ни тот и ни другой.

Шако – Ничего, подыщем тебе делишко приятное для тебя и для нас полезное.

Додо – Оставьте его, ему нельзя работать.

Шако – Он ваш знакомый?

Додо – Да

Шако – (любезно к Додо) Пожалуйста, из уважения к вам…. (обращается к Сандро) только сейчас оставь нас на минутку.

Сандро – Я?

Шако – Да ты, иди пройдись туда-сюда.

Сандро – Это почему я должен пройтись туда-сюда?

Шако – У  меня дело есть к Додо Николаевне.

Сандро – Пожалуйста (похаживает неподалеку)

Шако – Додо Николаевна, вы меня знаете, я люблю говорить прямо в лицо и откровенно , вот также откровенно хочу договориться с вами….  Судьба этого дома, в принципе, уже решена, на днях этих людей выселяем отсюда. Я хочу решить вашу  проблему.

Додо – Какую проблему?

Шако – Додо Николаевна, вы же понимаете, что за рожи эти американские бизнесмены. Им нужны только порядочные, честные, надежные люди. Вот я и подумал оставить вас здесь у меня. Какую-нибудь должность подберем, ну, например, будете моей заместительницей или менеджером, или кем-то еще… не знаю… только чтобы этих людей вы как-нибудь так обработали, чтобы они без эксцессов покинули здание… а…?

Додо – Чего, а?

Шако – Что скажите?

Додо – Не выйдет…

Шако – Почему?  Почему не выйдит? Выйдет… ведь и не такое выходило?!

Додо – Выходило, но больше не выйдет. Не соломой этот мир покрыт? Не уйдут эти люди отсюда!

Шако – (раздражается) Не уйдут?! А кто их спрашивает, этот вопрос на государственном уровне решается, вы разнесёте,а то бы сказал, в чьи интересы это входит.

Додо – В чьи же?

Шако – В чьи?…. (едва не обронил имя) Потом скажу в чьи.

Додо – Не выйдет это дело, не сможете вы купить этот дом, не сможете людей на улицу выгнать.

Шако –(возмущенный) А кто их гонит на улицу? Мы же не звери. На природе жить будут. В Эртацминда. Там раньше пионерский лагерь был, переедете туда… нет, вы здесь останетесь… переедут туда, за зданием присмотрят, что-то государство пожертвует, что-то американцы… их нужно хорошенко надоить…, а как-же, все за даром заполучить стараются … Бывали в Эртацминда? С краю горы, с другой стороны речка, здесь Церковь, тут кладбище… Паата там похоронен,… Саакадзе, какой славный тип, а?  Откуда и в какое время привез тело Пааты!… Какие же мы молодцы грузины-то?! Договорились, не правда, Додо Николаевна?… (обращается к Сандро). Я разве тебе не говорил, пройдись!

Сандро – Я хожу.

Шако – Что подслушиваешь? (Сандро отошел в сторону).

Додо – Подойди сюда, Сандро!

(Сандро подходит)

Шако – Эй, дяденька, оставь нас, да?! (Сандро опять отходит в сторону). А сейчас, Додо Николаевна, я буду предельно откровенен… Даже если на головах все будут ходить, все равно вас отсюда выгонят. Из-за какого-то десятка стариков такое большое здание в центре города не будет простаивать. Не догадываетесь, о чьих интересах идет речь? Ему доверяют, да и американцы деньги вложили. Надо же им окупить все… так что вы лучше о себе бы подумали.

(пауза)

Додо – Сандро, пойди сюда! (Сандро покорно подходит…) Сандро избей этого мужика!

Сандро – Избить?

Додо – Да, избей!… Ради меня…

Шако – (смеясь) Избить меня? Да как он сможет меня избить?!

Додо – Всю свою жизнь тренировался… не можешь, ради меня, хоть раз, одного подонка избить?!

Сандро – Должны же быть на то основания?… и потом, меня не спрашиваешь – могу ли я?

Шако – Ты меня должен избить? А ну-ка подойди… подойди, подойди, да как ты меня сможешь избить, а?

Сандро – А я что говорю, что собираюсь?

Шако – Обосрался? Иди, ну иди бей меня. Тебе причина нужна, пожалуйста – дерьмо ты!

(Сандро ударил) Эй!… что ты сделал? Ударил меня? (Сандро ударяет еще раз) Эй, хочешь чтобы разорвал тебя на куски? Что, не заслуживаешь? (схватил за ворот) Что мне с тобой делать, избить? Да ударить тебя, умрешь же. Ах, так, да? Хорошо. С сегодняшнего дня мне с вами не о чем  говорить, не хотите, как хотите… Ух, мою…, зуб болтается, ух, твою… (выходит)

Додо – Присядь, что с тобой? Еле дышешь; это все твои сигареты… Откуда кровь? Он тебя ударил, что ли?

Сандро – Нет, это из-за давления.

Додо – Опусти голову (кладет его голову на колени. Сандро собирается ее погладить). Отпусти руки, ты- бедалага Дон-Жуан…

(пауза)

Сандро – А?…

Додо – Помнишь… как ты однажды из-за меня троих ребят избил?

Сандро – Помню, а ты не знаешь, как те трое потом меня избили.

Додо – Правда?

Сандро – Правда.  (пауза) Додо ! А что Ника в Америке делает?

Додо  – Работает… с американцами собираются фильм снять. Альтернативное кино Голливуду сделать… одновременно с этим еще подрабатывает.

Сандро – А где он работает и кем?

Додо – Кем придется, то в кафе, то на строительстве, рисует, продает свои картины… хочешь поговорить с ним?

Сандро – Очень!

Додо – Который час? Его не будет дома, на мобильник позвоним (звонит, передает телефон Сандро).

Голос Ники – Yes! Nick is here! (Сандро растерялся, не может говорить) Hello! Why is speaking?

Сандро – (Додо) Кто это?

Додо – Да это же Ника, ответь ему  (Сандро не может говорить, Додо отбирает телефон) Ника, привет, сынуля!

Голос Ники –  Ух ты, Мам! Это ты? Как ты, мам?

Додо – (старается не выражать эмоции) Ничего, нормально, о себе расскажи, как твои дела?

Голос Ники – Ну не знаю пока, Зура говорит фирму создадим… Офис откроем… адвоката наняли… короче, что-то должно получиться. Как ваши дела, про ребят расскажи, как они?

Додо – Ничего, нормально, хочешь с отцом поговорить?

Голос Ники – С папой, он у тебя? Вы что помирились? Что, помирились?

Додо – Да нет, какой помирились… (смотрит на Сандро), случайно встретились на концерте, а сейчас антракт и звоним тебе, на поговори.

Сандро –  (взволнованный, старается не потерять самообладание) Алло! Здравствуй Ника!

Голос Ники – Па! … Как ты, Папа.

Сандро – Хорошо, а ты как?

Голос Ники – Хорошо, отец, хорошо!

Сандро – (обращается к Додо) Как хорошо слышно, он правда в Америке?

Голос Ники – Отец, как здорово, что вы вместе, может помиритесь, а? Прошу тебя?!

Сандро – Право не знаю (смотрит на Додо) посмотрим,… мальчик! Почему же не сказал, что в Америку уезжал?

Голос Ники – Ну ты даешь, Пап (смеется). Не помнишь, я же попращался с тобой, у Даташки кутили, не таким пьяным был… за шампанким послал, доброго пути пожелал, не помнишь?

Сандро – Дааа… не знаю… помню, как не помнить… Ника, сынок, это я тебя в такую даль отпустил? (стер слезу) Что ты там делаешь, мальчик мой?

Голос Ники – То это, то другое… здесь один кутайсский парень «Боржоми» разливает, и у него пророботал, денег недодал, поругались страшно, и я ушел. Отец, знаешь где я сейчас? На 67-ом этаже, окна чищу.

Сандро – (машинально наверх направил взор, определил на какой высоте будет 67-ой этаж, испугался) Изнутри, не так-ли?

Голос Ники – (смеясь) нет снаружи, Маме не говори, знаешь какой вид сверху? Пол Манхетена видно, океан…

Сандро – Кажется, вы кино собирались снимать?!

Голос Ники – Кто тебе здесь даст кино снимать, это я матери так сказал, не выдавай, пожалуйста!

Сандро – Будь поосторожнее, руку покрепче держи… что тебя понесло так далеко. И на такой высоте ( заплакал).

Додо – Хорошо, ну не своди ребенка с ума (отнимает телефон). Ну пока, деточка, если что нового, звони!

Голос Ники – Мааам!…. Помирись с ним, ааа!… прошу?! Жалко его одного оставлять… Помирись, хорошо….?

Додо – (смотрит на Сандро) Да, хорошо, посмотрим … до свидания (слезы глотает, обращается к Сандро). Чего ты расплакался, бедняга?… Ему там хорошо, своим делом занимается… (пауза) . Сандро! Если ты откажешься от этой роли…

Сандро – Что, разведешься?

Додо – Послушай меня! Я не спектакль ставлю здесь, это акция, борьба, этот спектакль взорвется как бомба. Пресса, телевидение будут вещать об этом. Это здание хотят продать…, рядом с нами стоят, говорят начинайте и мы с вами. Людей на улицу гонят, директор подонок.

Сандро – А разве только он подонок?

Додо – Нет, не только он, и ты, и я мы все подонки, так нам и надо. Худшего обращения заслуживаем (Сандро захотел что-то сказать). Чтобы я твоего голоса не слышала!…. Играешь Лира! Решено! Нельза же целую жизнь в кустах прятаться, подобно зайцу. (заходят старики) Побаловались котлетами? Хорошо, продолжаем!

Како – Додо, что делать, оказывается все уже решилось.

Додо – Что решилось?

Како – Гонят нас отсюда.

Гоги – Ну и что?

Аркадий – Говорил я вам, Ричарда надо было ставить! Ричард нам нужен, Ричард! Или Сталин.

Ванико _ Додо! У меня одна канистра бензина есть, кто знает на что понадобится, давай обольемся и ….ааа? … Всем хватит (пауза), а что делать? Я домой вернусь, меня же оттуда сюда отправили? А…? Что скажете?

Кети – (Обращается к Русико) Не облится ли нам? (Русико плечами пожимает)

(пауза)

Како –Ванико,

Ванико –Да..

Како – Зачем же всем обливаться?

Ванико – Чего же ты боишься?

Како – Не боюсь, не боюсь. А ну-ка подумай, когда все мы бензином обольемся, спички промокнут, .. должен же кто-то поджечь?

Ванико – Что же делать?

Како – Пусть кто-нибудь один обольется, для скандала и этого достаточно.

Сандро – Додо, мы случайно не в психушке находимся?

Додо – Что вы ерунду порите, хотите прямо в ад попасть?… Наша сила – в нашем единстве. Вместе будем стоять, никто нас не победит— Прекратите панику, репетиция начинается!

                  На Лира назначен Сандро, отдайте ему роль.

Како – Как это?

Ванико – Зачем нам еще один король?

Додо – Это тема не обсуждается  (Ванико) Ты будешь Глостером, (к  Како) ты Кентом. Это не малозначные роли, и Глостер, и Кент в своем роде Лиры.

Ванико – Так-то оно так, но король то один? Если Како не годится, я им буду?! (На Сандро указывает) Каким же Королем он можен быть – пьяница, погляди, руки трясутся.

Додо – Не твое дело!

Аркадий – Додо Николаевна, если Ванико не хочет, Глостером буду я. Пускай Глостер будет русскоязычным.

Додо – Сандро, забирай роль, у кого роль – у Како или у Ванико?

                  (Ванико тихо передает роль Како)

Аркадий – (увидел) Вот, у Акакия роль! Точно, сам видел! А ну-ка отдавай!

Гоги – Отдай роль, Како  ( руку скручивает) отпусти руку, отпусти, а то затылок продыравлю!

Како – Что ты сказал, что ты мне продырявишь?

Гоги – Затылок…

Како – Почему же затылок?

Гоги – А какая тебе разница?! Ну если хочешь – лоб. «Затылок» – да я просто так обронил это слово. А почему ты не спрашиваешь, чем я продырявлю? Пальцем, что ли? То же мне…

Додо – Како, отдай роль, отпусти руку… (после некоторой потасовки отняли все – таки роль у Како) Начинаем…

(Заходит Шако)

Шако – Ну-ка, ну.ка, кончайте! Репетиция окончена, пришли ребята, освобождаем сцену.

Ванико – Это почему же? Эта сцена наша.

Шако – Была ваша – стала нашей (смеется) Ну, все. Заканчивайте! Все, все! Все вам надо, а молодым – ничего, А им что делать – скитаться по улицам или в подъездах колоться?! Ничего для них нет и дискотека не полагается что ли? Хватит, ну!…

                  (заходят парень и девушка)

Гоги – И правда жалко ребят.

Додо – Не могу больше эту демагогию слушать!

Шако – Но  это ведь так! Правду слышать никто не хочет. Поэтому наши дети бегут за рубеж… ваша вина, вы виноваты…

Како – Сегодня наш день, оставьте нас в покое.

Шако – Нет, никак не можем оставить. Додо Николаевна, с вами отдельно хочу поговорить (вспомнил), а впрочем мы уже говорили..

Юноша – (к Шако) Приятель, как мы договорились, с пяти часов сцена наша, не так ли?

Шако – Ваша.

Юноша – А сейчас, что мне делать – драться с этими людьми?

Додо – Начинаем репетицию.

Юноша – Что начинаете? (к Шако) Эй, приятель, скажи ей что-нибудь!

Шако – Друзья мои, прошу покинуть сцену!

Гоги – Сойдите, ну!

Шако – Нет, Гоги, не надо драки, скажем и поймут нас, не так ли, Додо Николаевна?

Юноша – (к Шако) Мы платили тебе – вот ты и освобождай сцену.

Шако – Сейчас, сейчас. (старикам). А ну-ка все сходим со сцены…

Ванико – Сколько платил?

Шако – Какое твое дело, я же для вас стараюсь?!

Ванико – Не тебя спрашиваю, ( к юноше) сколько заплатил?

Юноша – Сказали, не твоего ума это дело, значит так и есть.

(Шако, Гоги и Юноша выпроваживают стариков со сцены)

Юноша – (девушке) – Давай

Девушка – Сегодня не буду раздеваться!

Юноша – Это почему – же ?

Девушка – Смотрят, как-то неудобно.

Юноша – А что вечером не будут глазеть?

Девушка – Вечером другой понт, наш состав будет.

                  (Юноша включает фонограмму, поет, девочка танцует)

Сандро – (отцу) – Извините, вы!… это … себя плохо чувствуете? … Додо!

Додо – Что случилось?

Сандро – (проверяет пульс) Я думаю …. все… отдал душу (богу)

Шако – Что сделал? Что отдал? 

Сандро – Скончался.

Шако – Как это скончался?! Ничего себе скончался, а меня не спрашивает? Что делать, блин? Эй, дядька… что ты сомной делаешь? Что мне делать сейчас, блин?

                  (Пауза, вдруг Како сорвался с места, подбегает к телефону звонит)

Мужской голос – Слушаю.

Како – Священным светом солнца!..

Мужской голос – Что?!

Како –И тайнам гекаты тьмой ночной,

И звездами,..

Мужской голос – Алло? Кто ты, что тебе нужно?

Како –////      …благодаря которым родимся мы и жить перестаем,

                  Клянусь, что всенародно отрекаюсь,

                  От близости, отеческих забот

Мужской голос – Э-э!… Алло?!…

Како –////       И кровного родства с тобой. Отныне

                  Ты мне навек чужая

Мужской голос – Э-э!… Кто ты? Алло?!…

Како – Да отец я твой, отец, ты засранец!

Мужской голос – Какой еще отец? Ты что, блин, офигел? Отец дома, не туда попал, дяденька, не туда, ошибся!

 

Действие второе

 

                  (Место действия не меняется. Анико опять звонит по телефону, та же процедура с монетой)

Женский голос – Слушаю … Слушаю, алло, говорите, ну скажите что-нибудь, кто там? Слышу твое дыхание (Анико рукой прикрывает рот) . Алло, кто там? Кто ты, дай-же понять!.. Эээй… ты, кто ты такой, что дела нет что-ли? Что ты от меня хочешь, давно уже звонишь… ты думаешь, заставишь меня ревновать? Мне и Нодару ты ничего не сможешь навредить, любим друг друга… а ты звони, сколько хочешь, нервы все-таки не потрепишь (кричит) скажи-же что-нибудь, ты негодяй… Нодар! Может тебе ответит, иди поговори с ним.

Мужской голос – Алло, слушаю, ээээ…. ты, блин, говори-же, ну?… (Изменившимся голосом) Ма, это ты?! Мааа…. дай мне как-нибудь знать, что это ты, постучи по трубке. Мама, где ты , куда ты запропастилась ( Анико собралась трубку вешать). Маа, не вешай трубку, пожалуйста?! 8 месяцев, как  не видел тебя, за что ты так на нас обиделась? Разве можно так?… Дети спрашивают – не умерла ли ты? Что мне ответить, что же мне сказать? Ма.. скажи хоть слово, одно только слово, мама!…

                  (Анико кладет трубку)

Гоги – Здравствуй, Анико.

Анико – (вздрогнула) Что ты как кошка, подокрался! Здравствуй.

Гоги – Что делаешь?

Анико – Убираю.

Гоги – Значит, мы не знали друг друга.

Анико – Нет

                  (Заходит Русико)

Русико – Анико, не видела ли ты Тинико?

Анико – Кети? Нет, не видела. Почему же ты ее Тинико зовешь? Кто такая Тинико?

Русико – Тинико? (Задумалась, вспоминает что-то, не вспомнила) была… (занервничала), куда же это девочка исчезла, что мне делать, у нее же это, как его? Ну это, если ее потеряю, мне конец. Не только у нее, а даже у меня это, как называется?

Гоги – Здравствуй Русудан.

Русико – Здравствуй.

Гоги – Чем  занимаешься?

Русико – Ничем (присматривается)

Гоги – А что ты так на меня смотришь?

Русико – Очень знакомое лицо, вспомнить хочу , да никак не могу.

Гоги – Да откуда ты можешь меня знать, я тебя не помню?

Русико – Тебя Гоги зовут?

Гоги – Георгий.

Русико – Как того звали, не помню.

Гоги – Кого?

Русико – Ну того, там, в Воркуте… надзирателем что был? Ты бывал в Воркуте?

Гоги – В Воркуте? Нет! А ты что делала в Воркуте?

Русико – Не помню уже, кажется Бидзину навещала.

Гоги – Бидзина – твой муж?

Русико – Был, пока умер.

Гоги – Что-же с ним случилось?

Русико – (вспоминает) формалином облился… не то известь на него насыпали… нет, сперва застрелили, а потом известь насыпали. Может ты знаешь, что с ним сделали?

Гоги – Я?.. А я откуда должен знать. Не знаю!… Ничего не знаю!… Воркуту и в глаза не видел.

Русико – И Тинико не видал?  (вдруг ее осенило, обрадовалась) Ааа! Вспомнила… Тинико больше нет, когда из Воркуты вернулась… от туберкулеза… (плачет) куда же эта девочка пропала…

Гоги – Тинико?

Русико – Нет, Кети, Тинико больше нет, она улетела

                  (выходит, заходит Шако)

Шако – Гоги, возьми (передал что-то в кульке) эти шары – надуй  и повесь.

Гоги – (надувает шар, немного необычно раздувается шар – по длине) Ээээ, это что?

Шако – Фирменные шары (смеется), сегодня гостя ждем. Подарки принесет. Хорошо должны встретить. Анико!

Анико – Слушаю!

Шако – Говорил я тебе, здесь оставлю? (Анико кивает головой), говорил? Это так и будет, тебя я здесь оставлю, здесь. Я человек слова. Сказал – значит оставлю! (Пауза) Анико! Как дела? Поняли, что лучше без шума переходить отсюда? Что говорят?

Анико – Да, что скажут, гоните да нас отсюда?

Шако – Зачем же гоним? Не гоним… а переселяем, перевозим, перемещаем, фу, твою (раскричался). Да, гоним, гоним!!! То же мне! Тебя нет, блин, тебя оставляю…. тебе же говорил – оставлю… Боже, как ты на мою мать похожа… такими же жалкими глазами она смотрела, не мотри так на меня, повернись туда!… Что мне делать, всем я не смогу помочь. Если я  слишком загну, вышвырнут и меня… останусь на нуле, поняла? Не только я этот дом покупаю… не смотри так, не смотри (убегает).

(заходит Сандро. Анико увидев его, скрывается и наблюдает за ним).

Сандро – «Вей, вихрь, вовсю! Жги молния! Лей ливень!

                  Вихрь, гром и ливень, вы не дочки мне.

                  Я вас не упрека.. В бессрдечьи,

                  Я царство вам не дарил, не звал детьми,

                  Ничем не обязал. Так да свершится

                  Вся ваша злая воля надо мно!

                  Я ваша жертва – бедный, старый, слабый»…

                  (перестает читать, руки трясутся, посмотрел в стороны, достал из кармана водку и глотнул).

                  «С моими дочерьми и войском всем

                  Набросились на голову седую.

                  Такого старика. Не стыдно ль вам?

                  Вей, вихрь, во всю…»

Додо – Сандро – Нет! Нет! Нет! Голос нам нужен! Голос!

                   (Сандро посмотрел в стороны, опять глотнул)

Сандро – «Вей, вихрь, … хорошо (продолжил)

                  Я ваша жертва – бедный, старый, слабый»,

                  Нет! Нет! – Король плачет ( и вновь продолжает)

                  (пауза)

Додо – Дальше?! Кончился спектакль? Ванико … говори

Ванико – Ой!  Как понравилось! Сандро, давай еще разок, ну?!

Кети – Ух ты, как хорошо было, я даже расплакалась.

Русико – Как же он так скоро такой текст запомнил.

Сандро – Додо, я больше не могу, какие глупости мы делаем.

Додо – Хорошо, брось эту сцену, отдохни.

Како – Сандро, прошу, скажи мне: «Клянусь Аполлоном!»… Скажи, ну?!

Додо – Како выучил текст?

Како – Да, а какой текст?

Додо – «Открой глаза»…

Како – Читаю, хорошо. Начинать? Король Лир, открой глаза, открой и посмотри, не пренебрегай своим верным слугой»…

Сандро – Клянусь Аполлоном…

Како – (кричит) – И я клянусь тем Апполоном!

Додо – Како, не кричи.

Како – Что же он тогда на меня кричит?

Додо – Он король, король. Хочет закричит, хочет повесит.

Како – Как бы ни так – повесит… Роль отнял, сейчас повесит? Что темно? ( у Како поднялось давление, ему стало плохо, посадили на стул)

Сандро – ( удрученный) Додо, что мне делать, бежать?

Додо – Беги… Всю жизнь ты убегаешь… Маленький ты человек, маленький… нет в тебе героя, нет. Малейшее препятствие и ты –прыг  в кусты. Не можешь хоть раз в жизни чем-нибудь удивить меня, что-нибудь сделать такого, героического?!

Сандро – Играть эту роль, разве не героизм?

Додо – Кети, Русико, идите сюда ( отводит их в сторону, что-то объясняет, Кети смеется довольная)

Гоги – Аркадий!

Аркадий – Чего тебе?!

Гоги – Дуй сюда.

Аркадий – Чего?

Гоги – Ну дуй-же ( Гоги и Аркадий надувают удлиненные шары)

Додо – Кети, отсюда – начнем, здесь в доме тесно-

Кети –       «Здесь в доме тесно. Старика со свитой

                  Немыслимо здесь было б разместить» (смеется)

Додо – Что тебя веселит?

Кети – Не знаю, мне смешно.

Додо – Русико, продолжай.

Русико – «Сам виноват, зачем мой дом оставил?

                  Пускай теперь пеняет на себя» (плачет)

Додо – Русико, почему плачешь?

Русико – Не знаю…

                  (У Гоги лопнул шар)

Додо – Гоги, Аркадий, вы нам мешаете, чем занимаетесь?

Гоги – Гости идут. Сказали, надо украсить здесь.

Додо – Какие еще гости?

Анико – Те, которые этот дом покупают.

Гоги – Идут с подарками, говорят концерт будут давать.

Аркадий – После концерта будет банкет?

                  (заходит Шако)

Шако – Здравствуйте мои дорогие, сегодня высокий гость прибудет. Хочу вас обрадовать, вопрос вашего переезда решен. На той неделе в Эртацминда будете.

                  (пауза)

Ванико – Додо! Нести бензин?

Шако – Чтооо? Что ты должен нести? Зачем тебе бензин?

Ванико – Какой бензин, чей бензин…

Шако – Где  у тебя бензин?

Ванико – Есть  (вызывающе)!

Кети – Шако, что делать, грим не несут нам? Когда платья сошьют?

Русико – А «ресници» не нужны?

Анико – (тихим голосом) И у меня нет платья.

Шако – Я же говорил вам – напишите? – Нет! – Напишите все, что вам нужно, и все вам отправим. Додо – Шако, эти люди никуда не уедут.

Шако – Ну хватит, наконец Додо Николаевна. Не надоела одно и то же повторять (имитирует голос) «не сможете выгнать, не уедем». Хватит, ну?! Стыдно просто. Мне с вами не о чем говорить, придет сегодня тот человек – поговорите с ним. Только советую не выводить его из терпения, ведь это он должен помочь вам в Эртацминда.

Додо – Он кто – тот мужчина?

Шако – Он – не «тот», он – «тому» «этот»… Но все-таки будьте осторожны, ведите себя умно.

Додо – Сандро, ты отдохнул? Продолжим.

Сандро – Ванико, будь внимательнее, реплику помнишь

Ванико – Помню, конечно… реплика – это что?

Сандро – Начинаю – « Не ссылайся

                  На то, что нужно. Нищие, и те 

                  В нужде имеют что-нибудь в избытке.

                  Сведи к необходимости всю жизнь,

                  И человек равняется с животным!

Шако – Вот это правильно!…

Сандро – Ээ! .. кончай ну! Не мешай! Ээ!..

Шако – Извиняюсь, извиняюсь, прервал вас, но не смог сдержаться. Правильно, человеку хочется больше, чем необходимо.

Сандро – Только дело в том, что никто не знает, сколько будет это «больше»?

Шако – Для кого – как, видимо мое «больше» значительно больше, чем твое.

Како – Это почему  же больше?  Мое «больше», знаешь, какое большое? Воот! Уй! Извиняюсь, вернусь сейчас же.

                  (бежит)

Шако – В общем, так. Очень прошу вас, без скандала и всяких эксцессов встретить человека, спокойно, приветливо, с улыбкой… Нам только лучше будет от этого.

Сандро – Шако, ты нам мешаешь.

Шако _ (с удивлением) Яя? Я вам мешаю? Напротив, мне даже очень понравилось, ваше «больше» чем самое необходимое…. Значит вы все еще духовность проповедуете, да? Ну вы даете, ребята!… А я нет… Точнее, ни нет, а не могу уже. Так уж сложилось…! Когда один раз попробуешь этого… дерьма, потом –конец. Потом уже не имеешь права говорить о духовности… Вот так! А разве это дело? А некоторые ведь сидят в дерьме и оттуда духовность проповедуют. «шуи ланда и чан кун»

Сандро – О чем это ты?

Шако – «Бамбуковой карзиной воду не достать».

Сандро – На каком языке?

Шако – На китайском. А вы думаете, я – кто? Филолог я. Китайские пословици переводил, да не смог напечатать. Китайский язык выучил, нужен он сейчас, как не знаю что… Из  миллиардного населения лишь несколько тысяч владеют китайскими иероглифами, – а я знаю. Сейчас на какой хрен они мне нужны?  Да-а-а. Покончил я с духовностью, чем только не занимался, и «будку» ставил и Дубай и Турцию объездил, ничего не вышло. Все деньги в презервативный бизнес вложил, думал «спид», венерические болезни… Но, как бы ни так…, потерял я деньги… Не продаются презервативы, у нас нет еще этой культуры. Ни «спид» не пугает грузинов, ни венерические болезени… Одна комната набита презервативами, другая – наполовину (пауза)… Этот дом – моя последняя надежда. Здесь может и в долю меня возьмут, но ответственность только на мне лежит. На всех документах подписываю только я. И как вы после этого думаете: раз приказали мне  выселить вас отсюда, я оставлю? Не отпущу вас?! Да если бы даже я вас очень сильно любил, и жалел – не только не отпустил бы, а подзад коленом выгнал бы. Духовность уже не по мне (положил руку на сердце)! Вот  опять колит… однажды, наверное,… какое время чтобы сердце барахлило у меня…

Сандро – Ой-ой-ой, …  сейчас заплачу…

Шако – Да, вы думаете, что у меня сердца нет?…   Или, сердце-то есть, но не болит,  да?

Сандро – Болит, конечно, как не болит? А ну покажи, где больно.

Шако – (кладет руку на левую сторону) Вот здесь.

Сандро – Сердце не там. Сердце  – вот где (кладет руку чуть правее). Я тоже думал, что сердце там, а когда случился инфаркт, понял, что оно здесь

Шако – (удивленный) Как это здесь?  Сердце же слева? Не знаю, не знаю, у меня болит здесь. А сейчас прекращаем репетицию, сегодня гостя ждем.

Како – И сегодня?

Шако – Что и сегодня, а что вчера гостил кто-нибуди что-ли?!

Сандро – Сегодня репетиция не отложится.

Шако – Нет отложится!! Я гостям не могу отказать, давайте все в месте, дружно приберем двор, … а потом будет банкет.

Аркадий – Банкет? Когда? Где?

Шако – Аркадий, это тебя не касается.

Аркадий – Почему это не касается? Если бы я был американцем, то касалось бы?

Сандро – Аркадий , почему у тебя голова так примитивно устроена?

Аркадий – Да, да, сейчас  вам Америка нужна. А они вас покупают, а потом проглотят всех, раз!… и все.

Како – Слушай, что тебе нужно. Дружили же мы 200 лет? Ну и хватит.

Аркадий – Как это?.. Мы дом для престарелых построили, а сейчас здесь эротический театр открывают. До чего дошли, вот вам и Америка!.

Сандро – (к Шако) Правда, эротический театр открывают?

Шако – Не знаю, это не мое дело. Ну даже если это так, что тут плохого? Раз тебя это больше не интересует, это значит и другим не надо. О молодых не надо думать? Ведь им надо развлекаться?… На Кавказе первый эротический театр будет у нас!.. Вы должны радоваться этому, ведь столько людей наймут на работу. Не знаю, может здесь пансион для благородных девиц откроем, или же университет.

Сандро – Этот гость покупает здание? Это и есть «тот»?

Шако – Да не он «тот», говорил я тебе, он « того» «этот»…

Ванико – Пускай приходит, встретим.

Шако – Встретите? Что вы задумали? ( к Гоги) Что они собираются делать?

Гоги – Не знаю ( к Ванико и Како ) Скажите, что задумали?

Ванико – Какое твое дело?!

Гоги – (к Ванико) Скажи, что задумал, скажи! О-о, продырявить бы тебе затылок!

Ванико – Гоги, ты там в той жизни… случайно не палачем был?

Гоги – Что ты бредишь? .. Какой палач?.. Какая Воркута?

Ванико – Не знаю… Что -то тебя заклинило на дырке в затылке..

Гоги – (кричит истерическим голосом) Что вы от меня хотите, что? – Чем я кого обидел? Что вы про меня сплетничаете? Дела нет? Да бухгалтером я был, бух-гал-те-ром!….

Како – Не сможете нас отсюда выгнать!

Шако – Кончайте базар, хватит! Не надоело одно и то же повторять (подражая) «Не сможете выгнать», «не уедем». Хватит, если бы от меня зависило , то я бы тому, кто вас выгнал бы, показал кузькину мать. Правду, говорю: и знает почему? Из-за ваших духовных ценностей. Я уже, к сожалению не тяну до таких высот… В общем так, сегодня встреча, используйте этого человека, заставьте его отремонтировать вам здание в Эртацминда.

Сандро – Знаешь что?

Шако – Не знаю!… Не слушаю… ухожу…

                  (Шако выходит, старики за ним, Сандро и Додо остаются одни, пауза)

Додо – Сандро, когда у тебя инфаркт был?

Сандро – 6 месяцев тому назад.

Додо – Серьезный инфаркт был?

Сандро – Вполне (пауза). Додо!

Додо – Да, слушаю!

Сандро – Да так ничего…

Додо – Говори-же.

Сандро – Додо…

Додо – Слушаю

Сандро – Если я скажу, что люблю тебя , поверишь?

Голос ребенка – верь, верь…

Додо – Не поверю.

Сандро – Тогда, не скажу (пауза), уйдем отсюда.

Додо – Уйдем?

Сандро – Да уйдем… вместе… только куда пойдем, квартиру отобрали, Даташка отобрал за долги (пауза). А если к тебе пойдем?

Додо – (пауза) Эта квартира приндалежит Нике.

Сандро  – Ну пока Ника приедет… приедет же?

Додо – Приедет, куда денется? А квартиру я сдала.

Сандро – Да?

Додо – Да!

Голос ребенка – Не лги ему.

Додо – Погоди.

(пауза, вдруг они очень близко оказались друг к другу)

Сандро – Додо (до Додо дошел запах водки, она ударила ею в лицо) Что делаешь?

Додо – Что это такое? А ну выдохни!… не так, не вдохни, а выдохни. Пил? Кто тебе дает пить, кто? Где ты выпивку достаешь?. Уходи отсюда. (пауза) Уходи Сандро (Сандро выходит. Додо обращается к ребенку) К нему идти?

(заходит Анико)

Анико – Додо, к тебе пришли.

Додо – Кто?

Анико – Двое молодых людей, очень симпатичных, думаю… они твои…

Додо – Где они?

Анико – Вот идут.

Додо (ребенку) – Ты их привела?

Голос ребенка – Нет.

                  (Заходят Торнике и Лаша)

Торнике – Здравствуй мама!

Лаша – (выпивший) Здравствуй ма!

Додо –   Торнике, Лаша! Здравствуйте… как это надумали?!

Торнике – А что там думать надо было.

Лаша – Соскучились и…

Торнике – Как ты, мам?

Лаша – Как себя чувствуешь?

Додо – Мне не плохо, а вы как?

Торнике – Да так себе.

                  (пауза)

Лаша – Нормально

Додо – А в остальном?

Торнике – Что, в остальном?

Додо – Как  домашние, дети как?

Торнике – Нормально, им неплохо

Лаша – Да, так себе.

Додо (к Лаше) – Ты что собирался с женой разводиться, помирились?

Лаша – Помирились…

Додо – Значит вам хорошо теперь вместе?

Даша – Да, хорошо… просто не разговариваем друг с другом.

Торнике – Мама, отец здесь?

Додо – Да, здесь . Кто вам сказал?

Торнике – Сказали. Где же он?

Лаша – Как он?

Додо – Неплохо.

Торнике – Помирились?

Лаша – Помирились?!

Додо (к Анико) – Позови Сандро, пожалуйста…

Лаша – Он правда здесь?

Додо – Вы по какому-нибудь делу пришли?

Лаша – Потом скажем.

(заходит Сандро)

Сандро – Какие гости, Торнике!… Лаша! Как вы мои львы?

Торнике – Ничего, живем…

Лаша – Да, так…

Сандро – Как дети?

Торнике – Хорошо.

Лаша – Так себе…

Сандро – Что еще?

Торнике – Что еще… Пришли навестить…

Лаша – Соскучились и пришли…

Додо – Так вместе и соскучились?

Лаша – Почему-же вместе? У Торнике машина, он меня подвез.

Сандро – А я то как соскучился… детей не могли привезти?

Торнике – Я с работы…

Лаша – Занимались и…

Додо – Как ваши дела? (к Торнике) Опять бензином занимаешься?

Сандро – Торнике, действительно такие большие деньги делаются в бензине, как говорят?

Торнике – Какие большие… мучаюсь… все только и стараются как-бы тебя затопить. Должен вступить в какую-нибудь партию – «крыша» нужна… а то очень трудно мне приходится.

Сандро – (Лаше) Чем ты занимаешься, пишешь?

Лаша – (удивленный) Что?.. аа.. да.. так, ну!

Сандро – Прочти мне что-нибудь из новых… как мне твои стихи нравились?

Лаша – Хорошо, ну отец,.. какое сейчас время стихи читать… пишу –нет… больше не могу совмещать бизнес с поэзией. Все мое время уходит на «цех». Моя голава занята мыслями о «хачапури» и пирожках.

Сандро – А сердце?

Лаша – А сердце – пончиками (смеется). Хорошо ну, отец, хватит…

Сандро – А «цех» хорошо работает?

Лаша – Да, нет, не очень. Все начали печь «хачапури», не продается, на зарплату еле хватает, работниц сократил…

Додо – Чего ты плачешься, здесь никто у тебя денег не просит.

Лаша – При чем тут это?..

Додо – Ты выпивший?

Лаша – Какой я выпивший, одну бутылку пива випил. Что ты так смотришь? Что хочешь? Уйти мне, что ли?

Торнике – Мам, послушай…

Додо – Слушаю

Торнике – Мама , и ты отец. Ваше место не здесь, пойдемте отсюда.

Лаша – Да, ну, правда,  мам… что вы здесь потеряли? Не понимаю, что за принцип?

                  (заходит Клара)

Торнике – Что она хочет?

Лаша – Подслушивает?

Сандро – Нет, она глухонемая (Кларе) Клара, хочешь что-нибуль?

                  (Клара выходит)

Торнике – Папа! У тебя же есть однокомнатная?

Сандро – Нет.

Торнике – Как нет, куда дел?

Сандро – Съел.

Торнике – Ты что, смеешься отец?

Лаша – Конечно смеется, так сразу не съел бы.

Сандро – Не сразу конечно. Даташка закупил по частям… Я брал у него взаймы и…

Лаша – Деньги занимал и с ним же тратил.., а под конец он в долг квартиру оставил? Да?

Сандро – Да.

Лаша –  Сволочь!.. Убью!..

Торнике – Заткнись, тоже мне убийца…

                  (пауза)

Лаша – Какой же ты молодец, Сандро.

Торнике – Ну что поделаешь, что есть, то есть. Во всех случаях вы должны уехать отсюда.

Додо – Куда же нам? У кого можно пожить?

Торнике – Вам обоим? Вы что помирились? Вот даешь! Обоих взять не смогу… давай сделаем так, я пока отца заберу, а ты маму с собой возьми, потом поменяемся и так далее..

Сандро – А если помирились?

Торнике – Если помирились? Какое время вам мириться?!

Лаша – Если помирились, тогда к Торнике идите, у него квартира большая. Я  чем могу, помогу.

Сандро – Не понимаю, что вам нужно?  Кто вас просит нас забирать? Мы здесь превосходно себя чувствуем.

Торнике – Хорошо ну, отец… Как же здесь можно себя хорошо чувствовать?

Лаша – Стыдно, ну…

                  (заходит Шако, за ним вдогонку Гоги и Аркадий)

Шако – Здавствуйте, здравствуйте! К нам гости пожаловали? Очень приятно. Мешать не буду. Не нужно от меня чего-нибудь?

Торнике – Нет, Шако, ничего не надо. (Шако и его свита выходят)

Додо – Откуда ты этого Шако знаешь?

Торнике – Знаю… а что?

Лаша – Я его не знаю

Торнике – Что же делать? На чем порешили?

Сандро – Сыграйте в «орла и решку», кто первым проиграет, тот нас и заберет (бросает монету и полушутя) «орел или решка»?…

Лаша – «Решка»

Торнике – Погоди, отец, погоди…  Ма… что у вас за неприятности здесь с директором?

Додо – Шако тебе звонил?

Торнике – Нет, мам… Шако здесь «пешка». Этим интересуются люди более высокого уровня.

Лаша – Да, сдался мне этот Шако, мне «цех» закрывают.

Додо – Очень даже хорошо, что закрывают, вернешься к своему делу.

Лаша – И что потом?… Кто моих детей кормить, одевать будет?

Торнике – О вашем нахождении здесь еще не знают в городе. Разбазарят, разнесут по всему городу, опозорят…,  успокойтесь ну… кому нужна это бессмысленная борьба.

Лаша – Мама, особенно к тебе относится. Ты угомонись, и все притихнут.

Додо – Вы знаете, что здесь творится?

Лаша – Знаем, знаем.

Торнике – Знаем, этот дом купили люди, американцы вложили деньги и хотят, чтобы вы высвободили им здание.

Додо – А знаете вы, что здесь открывают?

Торнике – Вроде какой-то университет, точно не знаю.

Лаша – Да, нет… не университет, а эротичекий театр… ну и что? … Может это и рано пока для нас… Но мы же стремимся к западу? А это и есть запад.

Додо – Знаете, за сколько купили?

Торнике – Да брось, мама,  зачем тебе знать, за сколько…

Лаша – Я тоже купил «цех», устроил как-то и дешево купил, что теперь отобрать должны?

Сандро – Знаете, куда этих людей переводят?

Торнике – Ва-а! Молодчик Сандро!? Додо и тебя заразила? А вам не до лампочки куда их переводят?

Лаша – Куда переводят – в лоно природы, чистая речка, там же церковь, кладбище, могила Пааты и еще не знаю что…

Торнике – Хватит,  кончайте базар! Ма, едем ко мне. Если Нанка обидит тебя, будет иметь дело со мной,  отца Лаша возьмет.

Сандро – Возьмешь, Лаша?

Лаша – Возьму, конечно, о чем речь!?

 Торнике – А если помирились и вправду, тогда что? Пойдемте со мной… Что вы беспризорные, что вы здесь потеряли?

Лаша – Стыдно просто, что только не болтают о нас… Складывайте свой багаж и поехали.

Торнике – Давайте по-быстрому, будь по-вашему, хотите вместе? – вместе. Отдельно?- будет и так.

Шако – (вторгается с речью, видимо послушивал) Додо Николаевна, Сандро, конечно меня никто не спрашивает но, по-моему, дети правы.

Торнике – Эй! Ты кто такой? Кто спрашивает твое мнение? И кто это тебе «дети»?

Лаша – А ну, валяй отсюда! (Шако выходит) Ну, идете?

Торнике – Что, не идете?

Додо – Нет!

Сандро – Не можем!

Торнике – Нет?

Додо – Нет!

Сандро – Ну не можем мы!

Торнике – Хорошо, мы уезжаем.

Лаша – Ма… па…, если что нужно будет, звоните мне.

Торнике – Сейчас мне некогда с вами спорить, заеду через два дня, будьте готовы.

Додо – Проводим вас (выходят)

Сандро – (по дороге Лаше) Значит ничего нового у тебя нет?

Лаша – Нового? Да… хочу «нугу» выпустить, должно быть хорошо пойдет.

Сандро – Да я о стихах спросил.

Лаша – Аааа… О стихах? Посмотрим отец. Вначале  выпустим «Нугу», а потом посмотрим. (заходит Шако, за ним Клара, идет разговор жестами)

Шако – Клара, и ты тоже должна уйти.

Клара – Зачем?

Шако – Для тебя нет места.

Клара – И в постели мне больше нет места?

Шако – Что мне делать, Клара, штаты они сами утверждают, своих людей приводят.

Клара – А я что не твоя?

Шако – Меня не спрашивают… Ты не нервничай, когда все успокоится, опять верну ( Клара старается обнять его) Клара, не надо, не время сейчас, увидит кто, неловко будет!

Клара – Шако, не покидай, умоляю… (бросается на колени)

Шако – Не надо, встань, зайдет кто-то, что же мне делать тогда, едрена мать. Ты думаешь, я не хочу тебя оставить? Лучше немой любовницы мужику желать нечего, но что делать? (Клара как бы успокоилась). Вот так, моя дорогая, вытри слезы. Будь сильной. Верь мне, скоро я тебя верну! (Шако уходит)

Клара – (громко) Шако! (Шако остановился, смотрит по сторонам, кроме Клары никого, усмехнулся, подумав, что ему померещилось) Шако… подойди сюда!

Шако – (изумленный) Ты-ы-ы?!

Клара – Да, я!Я!

Шако – Как, каким образом?

Клара – Не отпускай меня, Шако!

Шако – Клара, ты заговорила? (вдруг о чем-то догодался) Ты не немая?

 Клара – Сам ты немой, глухой и идиот! (категорически) Шако, знай – я никуда не уйду!

Шако – И ты так долго меня обманывала? Из-за тебя «глухоменой» язык выучил.

Клара – Это не язык глухонемых, на этом языке общаемя только я и ты.

                  (пауза)

Шако – Клара, ты меня обманула, ты уйдешь отсюда!

Клара – Не  уйду!

Шако – Уйдешь!

Клара – Не уйду! Знай, на весь мир тебя опозорю, если только о тех глупостях рассказать, что ты мне в постели говорил … (смеется, вдруг серьезно) и кроме того, – я о многом знаю – Шако…

Шако – Что ты знаешь?!… Что?!… Да что ты можешь знать? Ау!… Ты же все понимала?

Клара – Понимала.

Шако – Шантажистка!

Клара – Дурак!

                  (пауза)

Шако – Что же делать…

Клара – Оставь меня здесь и ничего не изменится.

Шако – Как? Каким же образом?… Все знают, что ты немая, а как сейчас?..

Клара – Ну и что, останусь немой. Мне лучше быть немой, о чем мне говрить? Что я могу сказать? Говорить, не говорить это ничего не меняет (Пауза, на немом) Договорились, Шако?

Шако – (на немом) Договорились, чтобы я твоего голоса не слышал!

Клара – (на немом) Придешь ночью ко мне?

                  (Пауза)

Шако – Приду.

Ванико – (заходит, глаза окровавленные, в руке держит палку и стучит ею, ходит как слепой, кричит) О тьма! О безутешность! О мой Эдмунд! Сыновнюю любовь – разуй пожар и отомсти зп это!

Шако – Что с тобой, Ванико? (Кларе) Что с ним? Помогите! (забегают старики) Ванико, Ванико!

Ванико – (смеется) Как, вышло? Правда поверили? А Како не нравится…

Шако – Ты играл? Чуть сердце не разорвалось (Провел пальцем по его глазам) краска?

Ванико – Как тебе?

Шако – Хорошо, очень хорошо! Ну а теперь… будьте умницами. Тот человек скоро будет здесь. Не надо истерики, давайте сделаем ему приятное. Между прочим, если присмотреться, он вполне нормальный мужик. Вот приехали…

                  («Он»  заходит в сопровождении жены, охраны, журналистов и телеоператоров. Супруга не говорит ни слова, только улыбается  обворожительно. «Он» раскрывает бумаги и читает).

«Он» – Зайчата мои, извините, не тот … (меняет лист) вот этот. Мои дорогие соотечественники. Отцы и Матери мои! Приветствую вас, моих заслуженных людей. Я и моя супруга часто беседуем о нуждающихся людях… Вот и сейчас, говорит мне супруга, – пойди, проведай дом для престарелых, понеси им подарки, сделай  им приятное. Мы же тоже состаримся, и вот мы здесь. Позвольте мне вручить вам маленькие подарки, прошу вас!… (вынимают плюшевые и резиновые игрушки, куклы, медвежат, зайчиков и т.д.) Что это? Куда же вы дели нарды, домино, шахматы? В детском приюте оставили? Ничего, эти игрушки передайте своим внукам и внучкам. Это что? Сладости? Прекрасно, старички любят сладкое, усладить горлышко пряностями…

Корреспондент – (оператору) Снимаешь? (оператор кивает головой) Мы находимся… я в кадре? (оператор кивает головой) не мог сказать? Начнем сначала… Здравствуйте друзья, мы сейчас находимся в столичном приюте для престарелых? Как правильнее (оператор пожимает плечами). Ничего, потом смонтируем. Здравствуйте друзья, мы сейчас… сегодня сюда пожаловал (оператору) как фамилия этого типа? (оператор опять пожимает плечами) оставь, потом текст наложим… Сними старика с игрушками.

«Он» – Друзья мои, сказано дерево плодами  ценится а так же сказано, что  «Всякое дерево, не приносящеее плода доброго, срубают и бросают в огонь». Мне от вас не нужно ничего… я только об одном вас попрошу – позвольте мне служить вам. Я нахожусь здесь не из-за приближающихся выборов, «стул» никогда не входил в ареал моих интересов, только об одном хочу попросить – дайте мне сделать то, что я хочу сделать для вас и для нашего многострадального отечества.

Корреспондент – Извините, если можно эту фразу повторите.

«Он» – Какую фразу?

Корреспондент – Вот эту – дайте мне сделать, что я могу – у вас получается.

«Он» – С удовольствием (улыбается широко) Позвольте мне сделать то, что для страдальной… нет, если можно начну сначала… дайте мне сделать хоть что-нибудь для  моей страдальной отчизны…

Кети –(«Ему») А ну скажи ааа?

Шако – Не надо, не говорите!

«Он» – Почему же? Скажу – аааа??

Кети – В попе дыла (смеется)

«Он» – Что вам угодно?

Ванико – Эй, ты, генацвале, дорогой … одно скажи – этот дом ты покупаешь?

«Он» – Нет, не я… не только я…

Шако – Вопросы потом, вопросы к концу встречи…

Како – Это ты нас гонишь отсюда?

Шако – Вопросы потом…

«Он» – (Оператору) Не надо этого снимать…

Како – Не хочешь, да?!.. Снимай, снимай!

«Он» – Не надо, сказал!…

Како – Ответь, ты нас гонишь?

«Он» – Сейчас мои друзья меня поставили в известность, никак не могу понять, почему вам не хочется переезжать туда. Там  же такой чистый воздух, и там мы вам во всем поможем, обо всех позаботимся.

Како – А если не переедем?

«Он» – Если не переедете?… нельзя.

Ванико – Не переедем!

Все хором – Не пе-ре-е-дем, не пе-ре-е-дем!…

«Он» – Успокойтесь, утихомиртесь… Не снимай, ну?! (закрывает камеру рукой) Послушайте, друзья мои из-за десятки стариков такое большое здание в таком  месте никто не оставит простаивать.

Все – Нет! Нет!

Шако – (кричит) Тихо! Тии-хоо!… Вашу… (голос пропал) тсс… кто вы? Что за люди? Хорошее от плохого различить не могут!

Сандро – Почему это не можем различить? – Ты хороший, а нам кажется, что ты плохой?

Шако – Эх, это так – «Шция дли ден бай фейла», «слепому хоть свечку подавай – все ровно ничего не увидит». И это вместо благодарности, за мои старания,.. за мою заботу и опеку?

Сандро – Как нам тебя благодарить? На улицу выйти, что ли?

Шако – Зачем на улицу-то? Зачем на улицу! В Эртацминда, на природу…

Додо – Здесь речка, тут кладбище… Сандро, скажи что-нибудь, Сандро!…

Сандро – Что мне сказать? Что!

Додо – Да говори же!

Сандро – А если не уедем?

Шако – Не уедете, увезем!

Ванико – Сандро! Нести канистру?

Сандро – (посмотрел на Додо) – Неси!

«Он» -Что? Канистра?

Како – Постойте, немного подождите.

«Он» – Что  вы собираетесь делать?…

Корреспондент – Приготовься.

Ванико – (заносит канистру, передает Сандро ) На, Сандро, давай!

«Он» – ( к Шако) Что он делает?

Шако – Сандро, да не способен ты на это, поставь канистру.

Сандро – Не смейте подходить!

Корреспондент – Снимаешь? (оператор кивает головой).

«Он» – Что вы делаете, друзья? Телевидение снимает, (оператору) эй, ты дебил, не снимай!… Неудобно же, поставьте канистру (к Шако)! Скажи-же что-то!

Шако – Хочешь героем стать? Бывшей жене хочешь понравиться? Иди, зачем же время тянуть? Давай обливайся.

Голос ребенка – Нельзя, Сандро, нельзя! Не слышешь? Почему не слышешь, почему?!…

                  (Сандро обливается бензином)

Шако – Так!… Прекрасно!…

Додо – (кричит) Сандро!!! Не надо Сандро!… Сандро

Сандро – Погоди, сейчас!

«Он» – Остановите его!… Прошу!

Сандро – Не подходите!

Шако – Не мешайте ему; Сандро, канистра опустела?

Корреспондент – (оператору) Снимаешь? (Оператор кивает) знай, если этот материал тоже испортишь, тебе не сдобровать (Старикам) Очень вас прошу, не загораживайте камеру.

Шако – Весь бензин вылил? Хорошо что сейчас собираешься делать?! Спички должен достать? Что,  не находишь? Нашел? Хорошо, приготовься, что, Сандро, руки трясутся? Испугался?

Сандро – Руки не из-за этого трясутся..

Шако – Давай-же, зажигай!

Аркадий – Давай, Сандро! – «И на обломках самовластья напишут наши имена!…» (Сандро безнадежно старается зажечь спички).

Шако – Что случилось, Сандро, не зажигается?

Како – Вот! Говорил я вам, промокнут спички – а? Ванико, говорил?

Ванико – Да, говорил.

Шако – Падать тебе спички? Подать?

Сандро – Давай.

Шако – А потом не скажешь Архангелу Михаилу кто, тебе спички предложил? На, лови (бросил спички), зажигай. (Сандро зажег спичку) Вот так! Хорошо, поднеси ближе!

Корреспондент – (оператору) Снимаешь? (оператор кивает). Посторонись! Камеру загораживаете!

Шако – Давай, Сандро, давай, прощай. (Сандро подносит зажженную спичку к одежде, она гаснет). Не зажигается? Попытайся еще разок. Опять не зажигается?

Сандро – Ванико, что это такое?

Ванико – Не знаю, бензин… «нормал»…

Шако – Ах, вы аферисты!… Вы шантажисты – (смеется), придурки, лохи настоящие ( внезапно прекратил смех). Ты, что правда собирался себя сжечь? Хорошо, что мне в тот день бензин понадобился и…

«Он» – (обалдевший) Я ничего толком и не понял, что призошло. Вы что, дурачились? Шутили со мной? Все хорошо, что хорошо кончается. Всего доброго, будьте здоровы…

Шако – Друзья, поблагодарим человека, который, несмотря на свою занятость, нашел время и навестил нас. Спасибо, спасибо большое (выходят все, остаются лишь Сандро и Додо)

Додо – Что ты натворил? Водой облился? Знал, что это была вода?

Сандро – Нет! Откуда мне было знать? (чихает)

Додо – Простудился? Накройся (накрывает шалью) вот, тебе холодно?

Сандро – Нет, не холодно, больше не холодно.

                  (пауза)

Додо – Правда не знал, что в канистре вода была?

Сандро – Нет.

                  (звонок мобильного телефона)

Додо – Слушаю.

Голос Ники – Ма, как ты, мам!

Додо – Хорошо Ника, а ты как?

Голос Ники – Ничего, нормально (Сандро и Додо слушают Нику приклоня головы к трубке)  Мам, что-то твой голос не нравится мне сегодня, тебе что – нездоровится?

Додо – Мне хорошо,… немножко устала, больше ничего.

Голос Ники – Как отец?

Додо – Хочешь, дам поговорить? (передает трубку Сандро)

Голос Ники – Помирились?

Сандро – Да, Ника помирились.

Голос Ники – Ух ты! Ну, вы даете! … Как же я вас обоих люблю… перестану с сегодняшнего дня нервничать, вы присмотрите друг за другом.

Сандро – Нравится Америка?

Голос Ники – Америка? Да как сказать? Так себе… У них все, как часы устроено. Если бы видели, как здесь люди гуляют.

Сандро – А ты гуляешь?

Голос Ники – Я-я? Я нет… некогда, деньги нужны, так кто тебе даст погулять, без денег здесь ты ничто – зеро, деньги тут – все.

Сандро – Здесь тоже.

Голос Ники – Нет, у вас пока нет, у вас еще существует и другое. Здесь люди совсем другие. Я чужой…

Сандро – Работаешь там же?

Голос Ники – Да, сегодня еще выше, на 72 –м этаже мыл стекла, не говори Додо, и ты не нервничай. Я осторожен. Только очень соскучился по вас, по Тбилиси. Как-то тут одного подонка повстречал, тбилисца, так обрадовался, с ума чуть не сошел, когда его здесь увидел. Минут пять плакали, обнимавшись. Тбилиси все таки, это другое…

Сандро – Тогда приезжай, что же ты там делаешь?

Голос Ника – Приеду, скоро приеду, а точувствую, если не приеду, чувствую, другим человеком стану. Ну, будьте здоровы, немножко еще потерпите, приеду, скоро приеду…

                  (пауза)

Сандро – Хорошо, что он так думает, значит и правда приедет.

Додо – Хорошо, что позвонил сейчас.

Сандро – Немножко потерпим и… Додо …  знаешь что… это… не обижайся…

Додо – Почему не сообщил мне о своем инфаркте? Кто за тобой ухаживал? Говорят, инфаркт вызывает страх, тебе было страшно? Что ты мне только что сказал, чтобы я не обижалась? За что же я должна не обижаться? Сандро! (Сандро не произносит ни слово… Умер.) Сандро!… Саа…ндро!… Помоготе!!!

                  (пауза)

                  (на сцене только Анико, в руке держит утку. Подходит к телефону, звонит)

Женский голос – Алло?!

Мужской голос – Отдай… алло, слушаю! Мама, это ты …. Знаю, что это ты… Маа, извини меня, всему я виной, осёл я, осёл!…. Мама! Скажи, где ты, сейчас же подьеду… где ты, мама?….

                  (Анико кладет трубку, заходят старики с чемоданами и, с только  что полученными в подарок  игрушками, играет оркестр, который для этого случая пригласил Шако, чтобы прощание получилось менее пессимистичным).

Шако – (Горло забинтовано, голос – охрипший) Друзья..(закашлял), настал момент (как ни странно, Шако нервничает), когда мы должны попрощаться друг с другом. Мне очень тяжело говорить (кажется он искренен, а может совесть мучает)… Наши отношения были очень трудными, часто спорили, но до ненависти дело не дошло… мне всегда будет приятно вспоминать о вас, поверьте, я с вами прощаюсь и сердце мое сжимается. Уверен, мы снова встретимся в недалеком будущем, на премьере, в Эртацминда или там, в потустороннем мире, если не попадем в разные концы (пауза), прощальный вальс!… Прошу! (танцуют)  Ну, прощайте, автобус ждет (старики выходят, послышался голос мотора, автобус тронулся) Все закончилось благополучно.

 

 

Эпилог

 

                  (Темно. То, что присходит на сцене – между реальным и нереальным, старики – в белом, как призраки видны, в руках держат прозрачные чемоданы, тихо шепчутся)

                  (пауза)

Гоги – Начинать?

Додо – Начинай.

Гоги – Тут темно. Скажите, вы не Кент?

Како – Ну да он самый, слуга ваш Кент, А где слуга ваш Кай?

Гоги – Он славный малый, был, скажу вам прямо – храбрец, рубака. Умер и истлел.

Како – Нет – Государь….  Я – это Кай…

Гоги – Мою бедняжку удавили! Нет не дышит!   (призраки страриков постепенно исчезают)

                  … Ее навек не стало, 

Навек, навек, навек, навек –

                  Мне больно…

* * *

                  (Додо в своей спальне, в руках держит веревку, ищет крючок, чтобы надеть веревку, слышен звонок. Додо снимает трубку).

Додо – Слушаю, Алло?! (звонок продолжается, видимо, звонят в дверь) Кто там?!…

                  Входите, открыто!….

 

Otar Bagaturia, 15.06.2011©Photo by Mikho Mosulishvili, 2011

                

About Mimos Finn

Mimos Finn is invisible
This entry was posted in დრამატურგია and tagged . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Please log in using one of these methods to post your comment:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s